Читаем Последнее испытание полностью

Магут Ферозе Анин, верховный главнокомандующий Нижнего Стомика, что на юге Африки, заткнул одно ухо длинным коричневым пальцем и плотно прижал к другому трубку телефона спутниковой связи – в надежде, что так он избавится от звуков пушечной канонады и нескончаемого треска автоматных очередей.

– Вызываю на бой всю Америку! – крикнул он.

– В связи с чем? – осведомился американский посол.

– В связи… – Анин скорчил гримасу. Худое длинное лицо его перекосилось, лоб заблестел от пота. Еще несколько лет назад лицо это так и мелькало на обложках «Тайм», «Ньюсуик», «Пипл» и прочих популярных журналов. Теперь фотографии Анина печатали разве что в газетах, издаваемых в столице Стомика Ногонгоге.

Столица была главным и единственным городом в стране, поскольку все остальные превратились в руины.

Анин рассчитывал на иной ход событий, когда первый миротворческий отряд ООН высадился на побережье страны, стремясь установить в ней демократию и порядок. Тогда Анин четко знал, что делать и как себя вести. Он быстренько переоделся в цивильный костюм, нацепил галстук и раскрыл американцам свои объятия, не забывая при этом ослепительно улыбаться. Он не сомневался, что подобный жест позволит ему завоевать расположение Вашингтона и спустя какое-то время американцы наверняка сделают его президентом Стомика – блестящее завершение не менее блестящей карьеры военного.

Однако ничего подобного не произошло.

Американцы почему-то потребовали, чтоб он сдал им свои тайные склады оружия.

– Но я – проамериканец! – жаловался в те дни Магут Ферозе Анин тогдашнему американскому послу, назначенному одновременно с прибытием миротворческих сил ООН.

– Ну и отлично. Разрядите ваши пушки и гаубицы и сдайте их главному наблюдателю ООН.

Анин этого делать не стал, решив уйти в подполье. А эти проклятые ооновцы принялись за ним охотиться. Он, естественно, отбивался. И когда его люди провели успешную операцию против бельгийского отряда миротворческих сил, на всех перекрестках Ногонгога замелькала улыбающаяся физиономия «проамериканца» Магута Ферозе Анина с надписью: «Разыскивается опасный преступник». Белые, впрочем, не успокоились и прислали из Америки отряд техасских рейнджеров. И Магуту Ферозе Анину пришлось лично взяться за оружие и поднять своих сторонников на борьбу с американцами, не желавшими признавать союзником человека, который протягивал им пустую руку.

Тогда подобный поступок казался ему не только героическим – гениальным. Но все обернулось иначе.

Вскоре рейнджеров изгнали из Ногонгога, и Магут Ферозе Анин назначил себя верховным главнокомандующим Нижнего Стомика, героем всех времен и народов, победившим мировую супердержаву.

Проблема заключалась в том, что торжествовал он недолго.

Стомик раздирали феодальные междоусобные войны. Не успевал Анин уничтожить самых опасных противников, как на смену им тут же являлись другие. Вместо двух врагов вырастало четверо. А на смену четырем казненным, как из-под земли, приходило восемь новых. Конечно, слабее предыдущих, но докучали они ничуть не меньше.

Сначала ООН отказала в гуманитарной помощи. У Анина не стало еды – подкармливать своих приспешников. Причем не только подкармливать. Он ведь ко всему прочему приторговывал продуктами, конвертируя затем заработанные деньги в твердую валюту и золото.

Страна разваливалась на глазах, и Анину пришлось кое-кому платить. Постепенно его золотые запасы начали таять.

И вот теперь, через три года после ухода американцев, Магут Ферозе Анин наконец понял, что нет никакого смысла быть правителем и верховным главнокомандующим этой маленькой, слабеющей и беднеющей с каждым днем страны. В конце концов, когда от Нижнего Стомика останутся одни развалины, ему просто негде будет укрыться!

Итак, он решил разыграть последнюю карту.

– По какому поводу звоните, генерал Анин? – холодно осведомился американский посол.

– Наша схватка еще не перешла в решающую стадию.

– Ладно, ладно. Вы выиграли.

– Не согласен. Передайте своему президенту, что я готов предоставить ему возможность отыграться. Наверняка Америка втайне жаждет этого.

– США, – чуть брезгливо отозвался посол, – не нуждается ни в чем подобном.

– Трусы! – взвизгнул Анин. – Сразу драпаете в кусты, едва усмотрев вероятность хотя бы малейшей военной потери.

– Мы старались накормить ваш народ, разоружить все воюющие стороны и восстановить мир. Но ваша группировка превратилась в самую настоящую банду воинствующих фанатиков! Что ж, прекрасно! Разбирайтесь теперь сами. Желаю удачи!

– Я не потерплю столь бесцеремонного обращения! Вы меня оскорбили!

Тут Анин вздрогнул и пригнулся – рядом прогрохотало оглушительное пушечное «бум» и «трах», от которого задрожали стекла в широких окнах его особняка.

– Кажется, я слышу канонаду? – вежливо осведомился американский посол.

– Нет, это фейерверк. Мы отмечаем славную победу над американскими трусами.

– Через три года?