Читаем Последнее испытание полностью

– Ну, пойдем мы наконец или навеки тут останемся? – проворчал Римо. – Чувствую себя полным идиотом в этой медвежьей шкуре!

– Не только в шкуре, сын мой, – загадочно произнес Чиун.

* * *

Добравшись до катера, Римо заявил:

– Сматываемся из этого Богом забытого края и немедленно! Никаких возражений и слышать не желаю.

– Только после того, как уплатите все положенные штрафы, – сказал капитан.

Грустно вздохнув, Римо протянул ему кредитную карточку «Виза Голд».

– А также все расходы, связанные со спасательной операцией.

– Но разве спасение людей не входит в ваши обязанности? – поинтересовался возрожденный к жизни.

– Наша обязанность – спасать канадцев. А американцы должны платить.

– Ваша страна что, не является членом Всемирной организации здравоохранения?

– Является. Но при чем тут ваш случай?

Американец укоризненно ткнул пальцем в азиата.

– Да при том, что я вот уже двадцать лет связан с этим старым нечестивцем и едва не сошел с ума, выполняя его идиотские указания и мотаясь с ним по всему свету! И оттого не вполне вменяем и никакой ответственности за свое поведение не несу.

– Подобного рода решение может вынести только суд.

Римо протянул обе руки, как бы предлагая надеть на него наручники.

– Что ж, арестуйте меня! Я предстану перед вашими судебными властями, пусть решают.

– Прошу прощения, – отозвался капитан катера береговой охраны, списывая данные с кредитной карточки.

– Скорее бы уж домой, – обернулся Римо к Чиуну.

– Да ты едва на ногах стоишь, – ответил тот. – И потом домой мы не едем.

– Куда же в таком случае?

– В Африку.

– Не поеду я ни в какую Африку!

– Что ж, можно отложить путешествие в эту страну с ее упоительной жарой и отправиться прямиком в Гесперию.

– Гесперия где находится?

– Там, куда мы прилетим, если не двинем в Африку.

– Вообще-то по здравом размышлении, – протянул ученик, – в этой самой Африке, думаю, не так уж и плохо…

* * *

Стюардессы авиакомпании «Эр Гана» все как одна хотели знать, почему вдруг направляясь в столь опасный уголок планеты, как раздираемый междоусобными войнами Стомик, пассажир не желает заняться с ними сексом – возможно, последний раз в жизни.

– Но я вовсе не собираюсь там умирать, – заметил Римо.

– Когда умрешь, будет поздно. Еще не раз пожалеешь, что отказался, – предупредила какая-то из девушек и ослепительно улыбнулась.

– Я своих решений не меняю.

– Разве мы не самые красивые африканки, которых ты когда-либо видел? – капризно пропищала другая.

Римо призадумался. Да, девушки хороши, ничего не скажешь! Высокие, стройные, элегантные, как манекенщицы.

– И потом, в самолете мы одни – ты и наша четверка. Нам предстоит долгий и скучный семичасовой перелет…

– Вы забыли о моем компаньоне. – Римо указал пальцем на место в шестом ряду, где сидел мастер Синанджу.

– Если он твой наставник, почему не сидите рядом?

– Поссорились.

– Да брось ты! Очень славный, милый старичок.

– Ага, славный! Недавно собирался скормить меня белым медведям, а чуть раньше едва не утопил. Он же приказал мне сдвинуть тяжеленного Сфинкса…

– Тогда не все ли равно, как отреагирует твой жестокий и злой напарник, если ты переспишь с четырьмя красавицами стюардессами?

– Ты в курсе, что все мы по очереди завоевали титул Мисс Гана? – подхватила подружка.

– Я занимаюсь любовью только с Мисс Вселенная, а следовательно, всего раз в году.

Четыре экс-Мисс Гана явно растерялись и, стайкой сбившись в проходе, горячо о чем-то зашептались. Потом с самыми свирепыми выражениями на славных мордашках снова приблизились к Римо.

– Мы все обсудили, – строго заявила одна, – и пришли к выводу, что ты просто расист.

– Я не расист, – устало отмахнулся Римо.

– Расист, да еще какой! Ты отказываешься сидеть рядом с желтым компаньоном и заниматься любовью с потрясающими, страстными и сгорающими от желания черными девушками!

Римо поднялся.

– Ну, ладно, ладно!

Стюардессы так и просияли.

– Согласен наконец?

– Полная и окончательная капитуляция.

Четыре Мисс Ганы торопливо принялись расстегивать свои блузки, юбки и стаскивать трусики.

– Нет, нет, вы меня неправильно поняли! – замахал руками Римо. – Я решил сесть рядом со своим компаньоном.

– Гомик! – заверещали ему вслед стюардессы. – Голубой!

Римо уселся в кресло рядом с мастером Синанджу, выдержал подобающую случаю паузу и сказал:

– А я видел мастера Лу.

– Поздравляю.

– Он намекал на то, что я кореец.

– Ты недостаточно добр, храбр и умен, чтобы быть корейцем, – фыркнул Чиун.

– Да ведь это мне приснилось! Всего лишь сон.

Учитель снова презрительно фыркнул.

– Человек не способен встретиться сам с собой. Это невозможно, – отозвался Римо.

– Ты невыносим.

– То есть?

Чиун промолчал. И между ними снова повисло холодное молчание.

– А знаешь, лицо этого Лу показалось мне знакомым. Особенно глаза.

– А ты видел прежде глаза Лу? – спросил Чиун.

– Да, – кивнул Римо. – Где-то видел. Но вот где именно… никак не могу вспомнить.

– Погляди в зеркало.

– Но я же не кореец!

– Что ж, правда глаза колет. Не смотри, если боишься.

– Не беспокойся, не буду.

– Трус! – прошипел учитель.

– Мою решимость никогда не смотреть в зеркало не уничтожат никакие палки и камни, – твердо сказал Римо.