Большое значение имеет наш личный пример. Прямые пути, которые мы готовим для себя, могут стать дорогой для других. Мы не хотим, чтобы слабые и немощные продолжали оставаться в своем ущербном состоянии. Если мы постоянно ищем мирных взаимоотношений и стремимся к христианской святости, то наша жизнь станет благословением для других.

Помогать заблудившимся исправлять свои ошибки, наставлять в любви — долг всех членов общины, а не только духовных руководителей (13:17). Если кто–то из членов церкви ошибается, обязанность исправить его лежит на всех. Каждый христианин несет ответственность за духовное состояние своих братьев–христиан (Гал. 6:1,2). На практике это должно выражаться в дружественном ободрении, разумном совете, молитвенной поддержке, теплых и приветливых братских взаимоотношениях, постоянном наставлении в духовной истине. Мы должны также помогать друг другу видеть свои ошибки и исправлять их.

12:18–29

24. Тогда и сейчас

В данном отрывке автор приходит к интересному заключению, к финальной, впечатляющей своей контрастной силой картине (ср.: 1:4–14; 2:1–4; 2:5–9; 3:1–6; 3:7 — 4:11; 5:1–10; 8:1–5; 9:1–5; 8:6–13; 9:6–14), изображающей гору Синай и гору Сион, запечатлевших устрашающий образ закона, с одной стороны, и радостное явление Благой вести, с другой. Величественное звучание этих двух тем — ветхого и нового заветов — достигается посредством выразительного приема контраста. На первый план выходят три основных фактора: через Христа мы входим в духовное, вечное и несокрушимое царство.

1. Мы принадлежим духовному царству (12:18—22а)

Здесь показано четкое различие между физическими характеристиками ветхого завета и духовной сущностью нового завета, как различие между обычной горой, на которой был дан закон (Синай), и духовной горой (Сион), небесным Иерусалимом. При старом завете святость и могущество Бога выражались через природные явления, например, пылающий огонь, или мрак и бурю, или пронзительный звук небесных труб. Ветхий завет был основан на соблюдении бесконечной и непреодолимой дистанции между Богом и человеком, в связи с чем нужно выделить два момента.

Во–первых, Божественный голос действовал на народ подавляюще. Они не могли слышать Его голос и умоляли Моисея быть посредником в этом общении (Исх. 20:18,19). Однако автор сравнивает этот поступок древних евреев с христианским откровением, через которое Бог говорит к Своему народу прямо Своим словом: «Смотрите, не отвратитесь и вы от говорящего» (12:25). Это не менее серьезно, чем сказанное на Синае, но, хотя требования Бога остаются очень жесткими, в новом откровении даны ободряющие, дающие надежду обещания. По просьбе народа Божественный голос, говоривший на Синае, заговорил через уста Моисея, а голос, говоривший в откровениях, звучит прямо с небес. Если старозаветные верующие слушали Его, то можем ли мы избежать этого?

Во–вторых, Божье присутствие было народу недоступно. Евреям было приказано держаться как можно дальше. Даже животное, случайно прикоснувшееся к горе, падало замертво, а тем более человек должен был умереть за такое преступление (12:20). Но по условиям нового завета, восхождение на гору идентично вхождению в жизнь. Теперь верующие идут к Богу «путем новым и живым» (10:19), а не путем смерти. Если они сходят с пути жизни, они узнают, что живой Священник на небесах ходатайствует за них (7:25). Итак, под законом люди жили под страхом смерти; под благодатью Евангелия они радуются надежде вечной жизни. Они приступили не к подножию земной и недоступной горы, а к вратам славного, открытого для всех вечного города.

2. Мы принадлежим вечному царству (12:22—24)