Читаем Попутчик полностью

Элиар странно поджал губы и отвернулся, но руку не убрал. Напротив, вцепился мертвой хваткой, понуждая изнуренного парня двигаться быстрее. А затем, поняв, что это уже не поможет и изможденный парень почти до дна исчерпал свой резерв, просто перенаправил потоки сил, буквально влив в безучастных смертных частичку своей мощи. Капельку силы. Отголосок воли. Крохотную искорку вместе с яростным желанием не сдаваться. Стремление к победе. Гордость бессмертного. Презрение к смерти… То, чем жил и на чем держался сам.

Весельчак тряхнул головой и изумленно раскрыл глаза.

– Что за?..

«Поторопись», – молча велел эльф, а затем, чувствуя неприятный холодок в груди из-за утекающей силы, убрал руку.

Люди заметно взбодрились, побежали скорее и прямо на ходу ошарашенно переглянулись, слишком медленно осознавая, что именно сейчас сделал для них высокомерный ушастый. Просто сделал, не споря, не спрашивая ни о чем, не сомневаясь. Он отдал им частичку себя, поделился, помог, хотя сам был не в лучшей форме. Он позволил им увидеть краешек гремящей мощи, истраченной на то, чтобы выжили они – смертные, с которыми его связала судьба. Он рискнул зачерпнуть для них из священного источника жизни и оторвал от себя самое дорогое, что мог, – свою душу. И это причинило боль, они почувствовали, но ни звука, ни стона не услышали: Элиар был для этого слишком горд. А Танарис и вовсе держался на одной силе воли.

Элиар хмуро отвернулся, но тут люди неожиданно зло сжали зубы.

Тропа смертников непроходима, здесь все находят смерть? А вот как бы не так! Зубами будут грызть проход, ногтями процарапают проклятые скалы, выломают, раскрошат, но доберутся до выхода! Любой ценой! По любым дорогам, потому что им больше нечего терять…

Танарис и Элиар распахнули глаза, когда их окатила волна настоящего бешенства, донесшаяся от внезапно обретших второе дыхание смертных. Налетела, подобно урагану, завертела безумным смерчем, вспыхнула не хуже «Огня жизни», а потом накрыла с головой. Эльфы охнули, почувствовав, что на какое-то время пелена забвения пугливо отступила прочь, и неожиданно поняли, в чем состоит истинная сила короткоживущих. Люди (да-да, обычные, склонные к склокам, раздорам, жадные, властолюбивые и такие непостоянные люди!) с потрясающей легкостью принимали свою смертную участь. Смеялись над ней. Дразнили. И жили каждый день так, будто он был последним. Они знали, что непременно умрут, но умели жить так, будто на самом деле бессмертны. Это давало им необычную, непонятную, но немалую силу, которая только сейчас, в миг отчаяния, вырвалась наконец на волю и подарила всем то, чего так не хватало: новый запал. Это было поразительно.

Но тут Траш вдруг споткнулась на полном ходу, замешкалась и едва увернулась от выскочившего перед самым носом стального топора.

– Прыжо-о-ок! – странным хриплым голосом рявкнул Белик, и вся его «стая» синхронно взлетела в воздух. – Ноги подожмите, дурни! Выше! Рыжий, представь, что я тебя в задницу пнул!

Слегка оживший Весельчак пугливо покосился вниз и мудро последовал невежливому совету, потому что из надежной с виду плиты вдруг выпрыгнули громадные железные челюсти и едва не оттяпали у него самое дорогое. Он мгновенно вспотел, упал на твердое, умело перекатился, а потом упруго вскочил и, позабыв про усталость, со всех ног помчался дальше, даже не успев поблагодарить Белика. Не сейчас. Не здесь. Позже, если выживет. А пока… Сто шагов осталось!

– Цепочкой! След в след! На счет «три»! Последним ускориться, как только можете! Дядько, прикрой! Карраш поможет! Р-р-раз…

Урантар, устало смахнув обильный пот со лба, понятливо кивнул и слегка приостановился, пропуская резво мчащихся соседей. Но почти сразу почувствовал за спиной жаркое дыхание и снова наддал, стараясь не думать о том, что с такой ношей, как громадный щит, его шансы на успешный забег по Тропе смертников здорово падают. Может, бросить его?

Словно в ответ на мимолетную мысль в стальную окантовку щита звонко ударилось сразу две стрелы, оставив в металле глубокие зарубки. По ним медленно потекли странные желтые капельки, от которых железо отчетливо зашипело и начало плавиться, как мягкий воск под горячим солнцем.

«Значит, не брошу», – спокойно подумал Страж, перехватывая свою ношу поудобнее: похоже, ее придется нести до конца. Интересно, Молоту так же паршиво?

– Тр-р-ри!

Плотно сбитая группа мгновенно рассыпалась, как на учениях. Белик помчался бок о бок со своей покрытой копотью кошкой, Таррэн привычно бежал следом, буквально дыша ненавидящему его пацану в затылок. Следом за ним вперед нырнули рыжий, Танарис, Аркан, Элиар. Затем, сохраняя минимальную дистанцию, скакнул Молот, явно дико уставший волочь на себе немалую тяжесть, после него – Ирбис, Сова, Литур. И только тогда наконец настал черед седовласого Стража, которого с противоположной стороны от громоздкого щита надежно защитил костяной бок Карраша.