— Брук, крошка, — Уэйн был абсолютно спокоен, — ты ведь знаешь, что если убьешь Скаут, ни тебе, ни Брюсу, ни этим двоим уже не жить.

— Возможно, Уэйн, но ты любишь Скаут, а мне плевать на всех этих придурков. Ну, перестреляешь ты нас, все равно это не вернет тебе твою девчонку — я успею продырявить ее птичьи мозги, если, конечно, найду их.

Безвыходное положение. Классика жанра. Любой приличный кинорежиссер потратил бы добрых две минуты, демонстрируя мельчайшие детали сцены — побелевшие костяшки пальцев на пистолете, сузившиеся глаза, тяжело вздымающуюся грудь Брук.

Уэйн улыбнулся.

— Знаешь, когда такое показывают в кино — двое людей тычут друг в друга пистолетами, потеют и все такое, — я все никак не соображу, в чем там у них проблема. Чего они болтают языками вместо того, чтобы стрелять?

И Уэйн спустил курок.

Брук, как тряпичную куклу, отбросило к мини-бару — с той лишь разницей, что из тряпичных кукол редко хлещет кровь.

— Ну, разве это не кажется разумным выходом из положения?

Героическая атака закончилась так же внезапно, как началась. От вспыхнувшей было надежды на спасение не осталось и следа. Пистолет Брук потеряла, стукнувшись всем телом о мини-бар, и похоже, больше уже не сможет поднять. Складывалось даже впечатление, что и саму себя она вряд ли поднимет.

Брюсу казалось, что он сходит с ума. В его гостиной в течение часа были застрелены два человека.

— Когда это кончится, Уэйн? — спросил Брюс.

На секунду его отчаяние пересилило страх. Прекрасная женщина, с которой он только что познакомился, умирала. Она так отважно сражалась, куда отважнее, чем он, а теперь ей суждено было погибнуть раньше, чем ему, хотя единственной ее ошибкой было то, что она ушла с вечеринки не с тем парнем.

— Скоро, Брюс. Увидишь, у меня есть план.

Уэйн подошел к окну и выглянул в роскошный двор особняка.

— А вот и они.

Глава двадцать шестая

Детективы Джей и Кроуфорд никогда еще так не удивлялись.

Буквально несколько минут назад, во время столкновения Брук и Уэйна, полицейские свернули к дому Брюса. Ворота во двор были открыты, и это тут же показалось им подозрительным. Медленно и осторожно двинулись они по дорожке, посыпанной гравием.

— Никто в наши дни не оставляет ворота открытыми, — нервно проговорил Кроуфорд.

Свернув за угол, они оказались у входа в дом — сомнений не осталось: чутье не подвело Джея, Магазинные Убийцы найдены. Перед домом стояли три автомобиля: «ламборджини» Брюса, «лексус» Фарры с серебряной табличкой «ФАРРА» вместо номера и большой старый «шевроле» 57-го года.

Кроуфорд осторожно сдал назад и отвел машину за угол.

— Говорит детектив Джей, — прошептал Джей в рацию, с трудом сдерживая волнение. — Срочно вызываю подкрепление.

Не успел он закончить фразу, как послышался приглушенный рокот, вскоре переросший в настоящий рев. Джей и Кроуфорд обернулись.

— Черт побери! — воскликнул Кроуфорд. — Вот это скорость!

Бесконечная череда машин и фургонов въезжала в ворота Брюса. На некоторых были обозначения сразу нескольких телевизионных компаний; другие принадлежали какому-нибудь одному известному каналу. К какофонии присоединился шум пропеллеров. Вниз хищно устремились два телевизионных вертолета. Полицейские пока не прибыли, но и они вот-вот должны были появиться.

Джей и Кроуфорд следили из автомобиля, а Уэйн — из окна за тем, как двор особняка заполнялся машинами (крушащими по ходу оросительную систему газонов), а из машин вываливалась целая толпа народу. За три минуты тишина и безлюдье превратились для Джея и Кроуфорда в смутное воспоминание. У каждой стены или ограды стоял стрелок, а остальное пространство занимали репортеры и их съемочные группы. Недоставало только глазеющих зевак, которые всегда толкутся на заднем плане, улыбаясь и приветственно размахивая руками во время телевизионных съемок.

В осажденном доме Брюс подошел к окну и встал рядом с Уэйном. Уже почти угасшая надежда снова зашевелилась в глубине его души.

— Они нашли тебя, — сказал Брюс.

— Они нашли? — ответил Уэйн, не отрывая взгляда от бурной деятельности за окном. — Они меня нашли? Да нет, старик, я сам сказал им, где я, и сам их сюда позвал.

Уэйн отвернулся от окна, схватил телевизионный пульт и стал перебирать каналы.

Это не заняло много времени. Примерно по двадцати каналам шли мультфильмы, а еще по двадцати показывали дом Брюса.

Уэйн пощелкал по выпускам новостей.

«… печально известные серийные убийцы, Уэйн Хадсон и его красавица-подруга Скаут…» — говорил по одному из кабельных каналов репортер, стоявший на фоне апельсинового сада Брюса.

— Вечно они не знают моего полного имени, — раздраженно заметила Скаут, хотя на самом деле была довольна тем, что настоящий голливудский репортер назвал ее красавицей.

Уэйн переключил на один из основных каналов, где шли шоу «Сегодня» и «Доброе утро, Америка».

«…считается, что преступники скрываются в доме Брюса Деламитри, известного кинорежиссера, чьи творения, возможно, и подтолкнули их к совершению своих безжалостных убийств…»

Идеально ухоженная женщина-репортер стояла позади бассейна Брюса.