Читаем Поперечное плавание полностью

— Война, капитан. Командир дивизии с одним полком уже рубеж обороны занимает, надо скорее остальные части к нему выдвигать.

— Если не секрет, какой рубеж? Мне надо сориентироваться в обстановке.

— Приедет генерал — у него и узнавай. Я не уполномочен тебя в курс дела вводить.

Корнев нахмурился.

— Не обижайся. Сам точно не знаю, где займем оборону. Намечали сорок километров отсюда к северо-востоку. — Взял капитана под руку, подвел к своей машине. Обращаясь к кому-то, сидящему в размалеванной в разные цвета эмке, крикнул: — Карту!

Из машины выскочил молоденький лейтенант, подал планшет с картой. Подсвечивая карманным фонариком, полковник показал намеченный для дивизии рубеж обороны:

— Левее уровцы должны занять оборону фронтом на север. Они отходят с реки выше по течению. Вот все, что сам знаю.

Разглядывая карту, Корнев нашел станцию, куда уехал зампотех. Она оказалась хотя и близко от показанного рубежа, но все-таки еще в тылу. С надеждой подумал: «Значит, должен успеть вернуться».

— Если задержите немцев здесь на сутки, все части корпуса переправлю и парк с реки успею снять.

Попрощавшись с полковником, капитан позаботился о беженцах. Пригодились резервный паром и пристани, сделанные Лобовым из бревен ниже моста по течению. Немного погодя, напротив крутого спуска к одной из пристаней, стали собираться подводы. Поднялся шум, гомон. Понтонеры с трудом наводили порядок, погрузка шла медленно. Одна повозка перевернулась, чуть не задушив в хомуте лошадь. Большая еврейская семья, суетясь и причитая, собирала рассыпавшиеся по берегу подушки, перины, разный домашний скарб. Особенно ахали и гомонили вокруг старинной швейной машинки.

На самом спуске кони, храпя и садясь на задние ноги, еле сдерживали накатывающиеся на них повозки. Но вот понтонеры, выломав из ближайших заборов колья, стали всовывать их между спиц задних колес. Теперь повозки стали надежно тормозиться, и погрузка на паром пошла быстрее. Через час сержант доложил комбату:

— Готовим шестой рейс.

— Надо бы повозки с детьми пропускать в первую очередь.

— Товарищ капитан! Да их без детей и нет. Пропускаем так, чтобы удобнее и быстрее выводить по улочкам к спуску на паром.

— Много подвод скопилось?

— Сотни три. Точно не подсчитаешь. Их полно по разным закоулкам.

Корнев прикинул: на паром помещается шесть подвод. Учел время на один рейс. В уме сделал простой подсчет.

— Плохо дело. И за двое суток не управимся. Я пришлю еще понтон с мотором. На паром грузить повозки, штук по двенадцать, а лошадей переправлять вплавь.

К мосту подошло несколько легковых машин, броневичок и радиостанция. «Командир корпуса приехал», — догадался Корнев. Одернул гимнастерку, быстрыми шагами направился к машинам.

Навстречу — корпусной инженер.

— Дивизия давно переправилась?

— Около часа назад.

Вместе подошли к зеленой машине, стоявшей в стороне от спуска к мосту. Адъютант предупредил:

— Комкор занят. Если нет срочного дела, подождите.

С левого берега поступил сигнал приостановить переправу, и через мост на большой скорости на правый берег проскочил броневичок. Издали увидели: генерал стоит около машины с радиостанцией, а рядом с ним выпрыгнувший из броневичка командир что-то докладывает по развернутой карте. Корпусной инженер остановился.

— Ты будь поблизости. Пойду узнаю, в чем дело.

Корнев видел, как корпусной инженер подошел и что-то сказал генералу, затем дал знак подойти Корневу. Капитан бросился бегом к командиру корпуса — доложил, что имеет директиву днем разводить мост.

— Про директиву знаю, — сказал генерал. — А мост не разводить, пока не пройдут все части корпуса.

— Товарищ генерал, я — командир батальона армейского подчинения и директиву штаба округа обязан выполнять.

Легкой тенью легло на усталое лицо генерала раздражение, но он спокойно сказал:

— Капитан, вы устав знаете? Кто начальник переправы?

— Командир переправляющейся части, а я — комендант по своей службе, и я должен выполнять указания начальника инженерных войск. Прикрытие с воздуха крайне недостаточное. Мост будет разбит авиацией противника. Тогда и паромов не будет.

— О прикрытии думаем. Много не обещаю, но уже неподалеку занимает позиции зенитный артдивизион. — Показал в сторону высокого седого подполковника: — Вот и командир артполка думает, как помочь нам.

— Товарищ генерал! Прошу ваше распоряжение отдать письменно.

Командир корпуса сдвинул брови, внимательно взглянул на вытянувшегося в стойке «смирно» комбата, сказал адъютанту:

— Напишите этому настырному капитану распоряжение.

Подъехали начальник штаба и инженер дивизии. Из их доклада комкору стало ясно, почему дивизия опоздала на переправу. Едва ее полки свернулись для марша, как противник начал активные действия. Пришлось выдвигать дополнительные заслоны и отходить с боем. Сейчас враг наносит основной удар на железнодорожный мост, а в направлении понтонного его нажим ослабевает.

Адъютант записал распоряжение под копирку в полевом блокноте. Дал генералу на подпись.

Корнев взял распоряжение в руки. Написано оно разборчивым почерком. Под ним подпись — коричневым карандашом: «Р. Малиновский».