Воздух был тяжелым. Я распахнул ставни, пуская утреннюю прохладу, и направился в ванну. Прежде всего нужно смыть с себя пыль дороги и запах навоза. Эшли была права, когда кривилась первое время. После чистых бетонных улиц мегаполиса, запах навоза, который смешивался с болотом, отчетливо чувствовался и казалось пропитал все, даже в Истоне.
Оценив размеры своей ванной, я окунулся в горячую воду и прикрыл глаза. Мысленно возвращаясь к своей девочке. Интересно, как она там? Я позволил своему воображению унести меня в маленькую квартиру на окраине города, где в теплой кровати спала одинокая Эшли. Скучает ли она по своему принцу? Я вспоминал, как последнее время не сводил с нее взгляда, наблюдая, как спящая девушка тихо посапывала рядом. Как обнимал ее, понимая, что скоро лишусь этой возможности. Судя по всему, воспоминаниям, я предавался довольно долго. Открывая глаза, я увидел, что уже совсем рассвело.
Облачившись в чистый мундир и пригладив волосы, я собирался покинуть свое убежище, когда в дверь робко постучали.
«Войдите,» — сказал я строгим тоном.
Дверь медленно открылась, и на пороге показалась молодая девушка в несуразном и безвкусном наряде.
«Доброе утро, герцогиня. Чем обязан?» — так же холодно спросил я, смерив смущенную девушку взглядом.
«Мне сообщили, что вы вернулись, Ваше Высочество. Я решила, что нам стоит поговорить,» — комкая подол своего бледно-розового платья, неуверенно сказала Наоми.
«У вас что-то срочное, герцогиня Штайн? Я собирался встретиться с королевой,» — я внимательно наблюдал за смущенной и ошарашенной моим тоном Наоми. Она неуверенно топталась в дверях, явно не ожидала такого приема с моей стороны.
«Да, я решила, что вам стоит знать. Я не расторгла помолвку после того, что случилось. Я понимаю, что связь с истинной толкнула вас на то безумство, которое вы совершили, и не виню вас за тот позор, который мне пришлось испытать. Я прощаю вас, Даррен, и все еще намерена стать вашей женой,» — сказала Наоми уже более уверенно и с ноткой превосходства, как разговаривала со мной раньше.
Я слегка улыбнулся. Забавно. Фредерик ошибся. Девчонка не только не стала держаться от меня подальше, но и заявилась в мои покои едва я появился в замке. Она заявила свои права и напомнила мне о моих обязанностях, а после милостиво снизошла до прощения.
Я медленно подошел к Наоми на недопустимо близкое расстояние и увидел, как дыхание герцогини участилось. Она подняла голову и прикрыла глаза, очевидно истолковав мои намерения в свою пользу.
Когда-то я мечтал коснуться ее розовых губ и узнать, каковы они на вкус. Но сейчас ничего, кроме скуки, она во мне не вызывала. Даже намека на интерес не проскользнуло. Тот образ, который раньше не давал мне спать ночами, возбуждая воображение, сейчас показался дешевым и несуразным. Эшли в своих потертых джинсах и мятой футболке выглядела более женственно, чем обвешанная драгоценностями герцогиня.
«Не помню, чтобы просил у вас прощения, герцогиня. Я рад, что вы не держите на меня зла и стойко пережили позор, который на вас обрушился после моего исчезновения. Но все же это не повод навещать мои покои. Мы обсудим новые условия нашей помолвки после того, как я выясню, какова ситуация в королевстве,» — я говорил тихо, специально понизив голос, и наклонился к самым губам девушки, — «А сейчас простите, но я вынужден попросить вас уйти.»
Я выпрямился и отошел от Наоми на несколько шагов. Глаза герцогини расширились от удивления, она открыла рот, чтобы что-то сказать, но слуга, который возник за ее спиной, не позволил ей продолжить свой спектакль.
«Королева готова вас принять, Ваше Высочество,» — поклонился парень, и я кивнул.
Наоми захлопнула рот, изобразила реверанс и спешно удалилась.
Я едва сдержал улыбку и направился в королевское крыло, в покои матери. Чувствую, разговор будет не из приятных.
Глава 28.2
Даррен. Сарния
Даррен Алистон, принц Сарнии.
Покои Королевы Магнолии.
«Ваше Величество,» — поклонился я сидящей в кресле королеве. Мать заметно сникла с последнего раза, когда я ее видел. Видимо, ситуация вымотала ее, и всегда цветущая и величественная женщина выглядела как обычная дама солидного возраста. Лицо покрыли морщины, которых ранее я не замечал, глаза потухли, а всегда гордый вид сменился усталостью и обреченностью.
«Даррен,» — женщина встала со стула и кинулась ко мне в объятия. Я немного растерялся, но приобнял королеву. Даже в детстве мне редко выпадала такая честь; только в особых случаях меня удостаивали объятий, и никогда по собственной инициативе.
Женщина начала тихо всхлипывать. Такого раньше я точно не наблюдал.
«Я так рада, что тебе удалось вырваться от той нелепой девки,» — начала было свою проповедь королева, но я не позволил ей продолжить.
«Мы не будем обсуждать Эшли,» — сказал я холодным тоном, отстраняясь. Больше я не позволю никому оскорблять свою девочку.
«Даррен,» — ошарашенно посмотрела на меня мать.