Читаем Полведра студёной крови полностью

За вездеходами и прицепами к ним стояли грузовики и легковушки уже правильной защитной окраски, а из ряда напротив луч фонаря выхватывал тупые морды броневиков разной масти. Не было тут разве что танков. Мы с Ткачом медленно шли вдоль этого гигантского автопарка, который сам по себе мог бы принести целое состояние, если б не одно «но». Все эти железяки никогда никуда больше не поедут. Ржавчина местами насквозь проела их бока, покрышки превратились в труху, время и сырость завершили то, что не успели сделать люди. А они тут тоже постарались, это было видно по отсутствию некоторых деталей и целых частей автомобилей. Вот, например, в движке скуластого грузовика с буквами «ЗИЛ» явно кто-то копался, лишив его доброй половины агрегатов. От трактора и вовсе остался только каркас. Таких калек, гниющих по канавам возле деревень, я видел до фига и больше. Один хитромудрый крестьянин приспособил коленвал от умершей техники к колодцу, другой определил кабину под сортир, третий армировал дом-крепость траками. Вопрос только в том, растащили здешнюю технику в стародавние времена или кто-то продолжает делать это и сейчас? Возник он у меня потому, что в дальнем углу второго отсека гаража стояла совсем целая техника, без явных следов увядания. Конечно, у колёсной тоже не было резины, но вот на гусеничную хоть прямо сейчас садись и езжай, предварительно протерев стёкла и зарядив аккумуляторы, естественно. Это если считать, что внутри всё в ажуре.

– Вот эти выглядят получше, – приободрился мой напарник.

Он подошёл к приземистому вездеходу на гусеничном ходу и похлопал по его зелёному боку. Шасси этой машины напомнили мне «маталыгу», которую пытались реанимировать в Муроме тамошние гвардейцы.

– Умеешь? – кивнул я на открытую дверцу кабины.

– А что тут уметь? Жми педали да дёргай за рычаги, – отозвался Ткач.

– Звучит чересчур самоуверенно, Алексей.

– Что?

– Не пизди, моя черешня. Если я в первый раз неясно выразился.

– Да мне пох, что ты там думаешь, – цыкнул языком Ткач. – Доводилось мне как-то драпать на похожей штуковине из весьма негостеприимного местечка. Выезжали восьмером. До места было километров двадцать, когда водила сдох от пули в брюхе. Я хоть был занят, отстреливаясь от уродов на хвосте, но успел заметить, как тот управлялся с этим драндулетом. Так что, когда покойный выпал наружу, я без проблем довёл железяку до форта. Парни были признательны, все двое.

– Да уж…

– Не веришь?

– Я бы меньше удивился, увидев за рычагами такого вездехода менква, чем тебя, но раз ты так сказал…

– Побожиться?

– Ха-ха.

– Вот те крест, – Ткач перекрестился.

– А, ну тогда да, тогда я спокоен за нашу обратную дорогу. Только как ты собрался заправляться и заряжать аккумуляторы?

Ткач нахмурился и засопел. Морщины на его лбу и отрешённый взгляд говорили о напряжённой умственной деятельности.

– Не напрягайся, я тебе помогу. Горючее здесь хранится так же, как всё остальное, а аккумуляторы можно зарядить от генераторов, которые работают на том же бензинчике. Вон один такой в виде прицепа. Наверняка есть и поменьше. Осталось только найти всё это.

– Ну… может, ты в этом и разбираешься.

– Поговорим об увеличении моей доли?

– Нахера? Здесь же всего столько, что не вынесешь. Твои слова?

– Смотрю, чувство юмора у тебя барахлит.

– Я на голодный желудок смеяться не привык.

Обратно мы возвращались по другой линии, и здесь нам было не так интересно, потому что техника с обеих сторон попадалась на редкость чудная и, на мой взгляд, бесполезная. То колымага с передком в виде большой лопаты, вместо ручки у которой какая-то узенькая лестница, то точно такая же, но с барабаном гигантского лототрона впереди. За ними стояли обычные грузовики с цистернами вместо кузова, а после них с кузовами-ковшами или с вытянутыми решётчатыми конструкциями с крюком на конце. И все они имели следы расчленения.

– Мутанты почище твоего Красавчика, – ощерился Ткач. – Кстати, а где он? – Было видно, что отсутствие моего питомца доставляет ему натуральное удовольствие.

– Да по вентиляции где-нибудь за крысами гоняется, – легкомысленно ответил я. Хотя хранилище – не лес и в этих лабиринтах животина может легко заблудиться. – Но ты не беспокойся, как только мы попадём в беду, он нас спасёт.

– Как же, спасёт, – хмыкнул Ткач. – Свалит, как на поляне с менквами.

– Чувство иронии, Алексей, тебе ещё более чуждо, нежели чувство юмора.

– Да пошёл ты!