Читаем ПОКОЛЕНИЕ «NET» полностью

Егор подумал, что эта маркетинговая стратегия была так себе, но, возможно, именно в таком магазине захочет укрыться какой-нибудь человек, которого уличные проблемы непосредственно касались бы. Было очевидно, из-за чего разорались фанаты: кто-то обмолвился, что недавно задержанных убийц тезки Егора отпустили на все 4 стороны, невзирая даже на то, что они обвинялись не только в убийстве, но и в ношении «травматики» без лицензии. Парень представил, как в Ленкин магазин «где все всегда хорошо» набивается народ: следователи, работники ОВД, расположенного недалеко от Кранштадтского бульвара, родные обвиняемых. Это было бы забавно, особенно при наличии кокаина в запасах местных ассистенток по продажам.

— Пошли уже, — несколько устало попросил Егор, обнял Лену за плечи и, маневрируя между людьми, двинулся в противоположном от Ленинградки направлении. Вдали все еще были слышны лозунги, однако транспортное движение аккуратно возобновилось.

Спуститься в метро на «Охотном ряду» удалось не сразу, милиционеры, вернувшиеся на свои посты, наградили Егора, в его разбитых кроссовках и черной куртке, подозрительными взглядами. Потом, правда, они увидели, что он с девушкой, так что докапываться передумали. На эскалаторе Лена, как последняя дура, продолжила послеобеденное заламывание рук.

— Как смерть человека общество может всколыхнуть, — уже несколько раз повторила она, будто сама лично кричала на проезжей части Ленинградского проспекта громче всех. На её щеках проступил румянец, движения конечностей стали чуть быстрее, чем были обычно.

— Собралась толпа идиотов не по делу, — скривился Егор. — Поорали и разошлись. Сейчас дойдут до ближайшего подземного спуска и по домам разъедутся, или бухать.

— Представляю, как сейчас всяким дагестанцам страшно, — не унималась она. — Их же могут побить.

— Делать им больше нечего, — потер виски Егор. — Все, хватит уже об этом.

Они сошли с эскалатора, миновали платформу и сели в вагон. Страшно хотелось курить, Лена в его объятиях «все руки заняла», не было времени втянуть в себя сигарету на входе в метро. Поезд несся вперед, в сторону «Черкизовской». Егор уныло посмотрел на карту метро. По ней он стремительно отдалялся от собственного дома, вместо юга пришлось ехать на север. Парень уже 10 раз пожалел, что согласился провожать Ленку, тем самым только усиливая её паранойю.

— Смотри, смотри! — шептала она, делая большие, испуганные глаза. — Вон те ребята, совсем смуглые. Чего они так уставились на нас?

— Потому что ты в их сторону пальцем тыкаешь? — резонно предположил Егор. Компания из четырех человек, действительно, периодически косилась в их сторону, но в основном только потому, что Ленка ерзала на сиденье и мельтешила.

Группа вышла на «Комсомольской», впрочем, на их место тут же встала другая, явно только с вокзала: несколько взрослых мужчин, у одного даже седина в черных волосах, а у другого плохие зубы. У Ленки окончательно поехала крыша, она стала морщиться и говорить «фу». При этом девка вцепилась в рукав Егора, таким образом, видимо, ощущая себя, как за каменной стеной.

На «Черкизовской» они покинули вагон, однако компания «с плохими зубами», подхватив свои увесистые сумки, тоже вышла на этой станции. Пока шли к выходу, пока ехали на эскалаторе вверх, Ленка все оборачивалась, с неподдельным ужасом косясь на «лиц кавказской национальности». Егор молчал, стараясь втянуть голову в плечи, ему все эти Ленины страхи и национальные фобии были по боку. Частично сказывалось и волнение за «своих» ребят, которые, наверняка, были на Ленинградке. Он же точно видел знакомые лица. На фига поперлись? Сдался им этот тезка…

— Слушай, ну я не могу. Смотри, их больше уже, — достаточно громко заявила Лена, дергая его за рукав куртки. Егор обернулся: действительно, компанию с вокзала у выхода встречало несколько молодых людей, видимо, родственников. Один подхватил сумки и удалился, еще трое остались пообщаться прямо у выхода.

— Пошли уже, — достаточно грубо требует Егор. — Мне еще назад ехать.

— Нет, не надо, они тебя побьют, как того мальчика! — Ленка за тембром голоса не следила. Егор неприятно отметил, что зрачки у девахи расширились окончательно, видимо, расслабление после работы прошло хорошо. — А меня изнасилуют! Оставайся сегодня.

— Хватит уже, не ори, — зашипел Егор, поборов желание отвесить ей затрещину. Девушек он не бил, да и не помогло бы это Ленке, пока не «отпустит». — От каждого «черножопого» будешь шарахаться, истеричка?

— Э, ты чего сказал? — раздалось справа от него, и Егор устало прикрыл глаза. Ну вот, дождались. — Повтори, а?

— Идите мимо, ребят, дайте с девушкой разобраться, — холодно, но вполне вежливо ответил он. — Видите, нехорошо ей.

— Это сейчас тебе нехорошо будет, — пообещали Егору. — Тебя кто научил словам-то таким нехорошим?

— Марк Твен! — ни с того, ни с сего в разговор вмешалась Ленка, которую в какой-то момент парализовало от ужаса. Она так долго боялась, что эта компания к ней приблизится, что в конец впала в истерику, когда это действительно произошло.