Читаем Поиск вслепую полностью

Харпер вкратце выдала ему весь расклад. Лейтон слушал внимательно, время от времени прерывая ее. Она закончила рассказом о следе, который тянется от парней Петросьяна к Бобу.

— Его зовут Боб Макгуайр, — сказал Лейтон. — Он сержант интендантства. Но это не ваш клиент. Слишком туп.

— Мы так и думали, — сказала Харпер. — Но надеялись, что он назовет имена других, а может, и выведет на рыбу покрупнее. На того, чей деловой размах оправдывает убийство свидетельниц.

— Теоретически такой человек может существовать, — согласился Лейтон.

— Вы знаете имя?

— Нет. Теперь у нас компьютерная система, и мы лучше, чем раньше, можем все отслеживать. Например, мы знаем, сколько «Беретт М-9» мы получили, сколько из них законным образом пущены в обращение, а сколько — на складе. Если сумма вторых и третьих вдруг окажется меньше, чем количество первых, мы забьем тревогу.

— И как, сумма сходится?

— Теперь — да. Цифра точная. За последние полтора года из армии не украдена ни одна «Беретта М-9».

— Чем же тогда занимался Макгуайр пару месяцев назад? — поинтересовался Ричер.

— Распродавал остатки своих запасов. Он воровал последние десять лет, а то и дольше. Мы провели расследования на местах и арестовали десятка два воров. Утечка оружия прекратилась.

— Вы всех взяли? — спросила Харпер.

— Всех.

— Ну что ж, нашей теории крышка, — сказала Харпер.

— Может, и нет, — возразила Лейтон. — У нас есть своя теория. Как я сказал, два десятка молодцов ждут суда. Чтобы взять их с поличным, мы подослали тайных агентов купить у них оружие. Операция «На живца». Макгуайр, например, продал две «беретты» в баре в Нью-Джерси двум лейтенантам.

— Мы только что оттуда, — сообщила Харпер. — Бар «Макстьофан».

— Он самый. Макгуайр достал из багажника и продал нашим агентам две «М-9» по двести баксов за штуку. Мы его замели и стали искать деньги. Нашли около половины.

— И?.. — спросил Ричер.

— Пока ничего. Собираем информацию, везде одна и та же картина. У них всех лишь половина денег.

— Вырисовывается та самая крупная рыба, — пробормотал Ричер.

— Именно. Иначе не объяснишь. Мы сразу предположили, что за этим стоит кто-то главный, кто за половину дохода все организует и обеспечивает крышу.

— Вписывается в нашу теорию, — заметила Харпер. — Такой тип должен быть и умным, и изворотливым. И понятно, почему ему надо убрать столько разных женщин. Не потому, что все они его знали, а потому, что каждая из них, возможно, знала кого-то из его шайки. Кто же он?

— Понятия не имеем. Все задержанные словно язык проглотили. Ясно, что этот главный их сильно запугал.

— Что ж, нам нужно его имя, — подытожил Ричер. — Я должен поговорить с Макгуайром.

Лейтон улыбнулся:

— Я предполагал, что вы это скажете. И приготовился отказать, ведь это запрещено. Но знаете что? Я передумал.

Тюремный блок располагался под землей. Лейтон дернул сонетку старомодного колокольчика, висящую на железной двери. Через секунду она открылась — в ярко освещенном коридоре стоял могучий старший сержант. Лейтон провел их внутрь.

Справа находился маленький кабинет с большим столом. На нем штабелем стояли видеомагнитофоны. Их мерцающие экраны показывали двенадцать камер, одиннадцать из которых пустовали. В двенадцатой под одеялом скорчился арестант.

— Мирная ночь в «Хилтоне», — заметил Ричер.

— Сейчас у нас всего один постоялец — Макгуайр.

— С видеозаписью вечно проблемы, — обронил Ричер.

— Всегда что-то ломается, — согласился Лейтон.

Нагнувшись к столу, он щелкнул выключателем. Жужжание прекратилось.

— Вот видите? Очень ненадежная система.

— На починку уйдет часа два, — заметил сержант.

Он снял с деревянного щитка связку ключей, подошел к внутренней двери и открыл ее. Ричер вошел. Сержант вошел следом и закрыл за собой дверь.

Проход шел вдоль всего блока и занимал в ширину около его трети. Остальное пространство было отведено под четыре камеры. Три из них пустовали, в четвертой на кровати сидел Макгуайр, удивленный тем, что включили свет.

— К вам посетитель, — сообщил сержант.

В углу прохода стояли два высоких деревянных табурета. Сержант взял ближайший, поставил его перед камерой Макгуайра, сам отошел и сел на другой. Ричер не стал садиться и молча смотрел сквозь прутья решетки. Макгуайр откинул одеяло и опустил ноги на пол. Под метр восемьдесят пять ростом, он весил около ста килограммов. Сильные мускулы, толстая шея, большие руки и ноги. Жидкие, коротко подстриженные волосы, маленькие глаза и пара наколок.

— Кто ты, черт побери? — спросил он густым, под стать его размерам голосом.

Ричер оставил вопрос без ответа. Он подошел к старшему сержанту и шепнул ему что-то на ухо. Тот кивнул, встал, вручил Ричеру связку ключей и вышел, закрыв за собой дверь. Ричер вернулся к камере Макгуайра.

— Чего ты хочешь? — спросил тот.

— Хочу точно выяснить, насколько ты туп.

Макгуайр прищурил глаза.

— Легко так говорить, — заметил он, — стоя по ту сторону решетки.

— Хочешь, чтоб я открыл? Будем тогда на равных?

Глаза Макгуайра превратились в щелки:

— Валяй, открывай.

Ричер открыл дверь решетки. Макгуайр не шелохнулся.

— Садись. — Ричер показал на табурет.