Читаем Поиск вслепую полностью

У него был собственный ключ от входной двери. Он поднялся на лифте и постучал в дверь ее квартиры. Дверь открылась, в проеме стояла Джоди в джинсах и рубашке, стройная и прекрасная. Однако она не подумала ему улыбнуться.

— Привет, Джоди.

— У меня на кухне агент ФБР, — сообщила она в ответ.

Агент оказался молодым человеком в синем костюме, белой рубашке и галстуке в полоску. Он говорил по сотовому, докладывая кому-то о появлении Ричера.

— Пожалуйста, подождите здесь, сэр, — попросил он, кончив разговор. — Всего десять минут.

— Что все это значит?

— Скоро узнаете, сэр. Всего десять минут.

Джоди присела. На лице у нее было странное выражение. Нечто среднее между тревогой и раздражением. На столе лежала «Нью-Йорк таймс». Ричер бросил взгляд на газету.

— Хорошо, — сказал он и тоже присел.

Все замолчали. Потом заверещал домофон, и агент вышел в переднюю. Дверь в квартиру открылась, раздался звук шагов по кленовому паркету. В кухню вошел Алан Дирфилд.

— В моем городе появилось шесть трупов, — сказал он. — Вот я и пришел задать мисс Джейкоб пару вопросов.

— О чем? — спросила она, не поднимая глаз.

— Где вы были последние несколько дней?

— Уезжала по делам.

— Куда именно?

— В Лондон. На совещание с клиентами.

— Ричер знал, что вы там?

— Нет. Вопрос о командировке решился в последнюю минуту.

— Следовательно, он о вас тревожился. Не успел очутиться в Квонтико, как принялся вам названивать. На домашний, на служебный, на мобильный. И на другой вечер тоже. Не мог с вами связаться, вот и тревожился.

— Пожалуй, нужно было ему сказать, — произнесла Джоди, глянув на Ричера.

— Ну, это ваше дело. Вот что интересно — он вдруг перестал вам названивать. Звонил, звонил — и перестал. Почему бы это? Выяснил, что там, в Лондоне, вам ничего не грозит?

Джоди начала было говорить, но замолкла.

— Понимаю это как «нет», — сказал Дирфилд. — Значит, Ричер думал, что вы здесь, в городе. Но вдруг он перестал волноваться. Может, потому, что знал — Петросьяну недолго болтаться на этом свете.

Джоди уткнулась взглядом в пол.

— Он у нас умница, — продолжал Дирфилд. — Я так понимаю, Ричер попросил какого-нибудь дружка стравить бандитов, затем расслабился и стал ждать, чтобы китайская мафия отреагировала. Сам он вне подозрений — ведь когда Петросьяна благословили мачете, он сидел под замком в Квонтико. — Дирфилд повернулся к Ричеру и спросил: — Ну что, в точку?

— С какой стати кому-то было волноваться из-за Петросьяна? — пожал плечами Ричер.

— Ну, еще бы, мы этого обсуждать не можем. Мы никогда не признаемся, что Блейк поговорил с вами на эту тему. Мне просто хочется знать наверняка, с чем я имею дело. Если вы все это затеяли, так поделитесь со мной, может, я еще скажу вам «спасибо» за хорошую работу. Но если они случаем и вправду чего-то не поделили, нам нужно об этом знать.

— Не понимаю, о чем вы, — произнес Ричер.

— Итак, почему вы перестали звонить мисс Джейкоб?

— Это никого не касается.

— Нет, это всех нас касается, — возразил Дирфилд. — Так что расскажите мне, Ричер. Петросьян, понятно, был последней сволочью, но его, как ни верти, убили, и мы способны подыскать для вас вполне основательный мотив. Если дело хорошо подготовить, вы будете ждать суда за решеткой.

— Вам следует немедленно удалиться, мистер Дирфилд, — произнесла Джоди, вставая. — Я все еще его адвокат, и здесь неподходящее место для подобных дебатов.

— Да, конечно, мисс Джейкоб, — сказал Дирфилд. — Так что, может, мы продолжим дебаты в более подходящем месте. Может, завтра, может, через неделю, а может, через год.

Он развернулся на сто восемьдесят градусов и ушел, громко хлопнув дверью.

— Значит, ты пришил Петросьяна, — сказала Джоди.

— Я его в глаза-то не видел, — возразил Ричер.

Она только головой покачала:

— Ты все подстроил. И Дирфилд это знает.

— Но доказать не сумеет.

— Не важно, — произнесла она. — Разве тебе не понятно? Он может попытаться доказать. Он не шутил, говоря про тюрьму. Война между бандами? С таким обвинением его любой суд поддержит. Это не пустая угроза. Теперь ты у него в руках, как я и предупреждала.

Ричер молчал.

— Зачем ты это сделал?

— По многим причинам. Так было надо.

— Почему ты перестал мне звонить?

Ричер опустил взгляд на свои грубые руки.

— Подумал, тебе ничего не грозит. Подумал, ты где-то схоронилась. Я решил позаботиться о Петросьяне и предположил, что ты позаботишься о себе. Мы достаточно хорошо знаем друг друга, чтобы опираться на такие предположения.

— Я по твоей милости увязла в том, в чем увязать не хочу, а ты по моей милости тоже увяз в том, в чем не хочешь. В цивилизованной жизни. Свой дом, машина, живешь на постоянном месте, тянешь лямку. Вероятно, из-за меня, — продолжала она. — Мне нужны все эти вещи. И трудно смириться с тем, что тебе они, возможно, и не нужны.

— Мне нужна ты, — сказал он.

— Знаю, — сказала она. — И ты мне нужен. Ты это тоже знаешь… Но хотим ли мы жить жизнью друг друга?

Демон бродяжничества воспрянул и радостно завопил: «Слышишь, она сама сказала! Вот, все вышло на свет! Так воспользуйся случаем!»

— Не знаю, — ответил Ричер.

— Нам нужно поговорить об этом.