Читаем Подвал полностью

Я посмотрел на него:

— Странно…

— Что?

— Сегодня ты как будто не боялся.

— Пожалуй, какой-то частью сознания я ожидал смерти. Мне велели больше не возвращаться, но я вернулся. Когда думаешь, что можешь не дожить до следующего дня, это дает тебе какую-то цель. И мне было просто необходимо не допустить вашей гибели.

— Что скажешь об Але?

Он посмотрел на меня:

— Вы знаете о нем?

Я кивнул.

— У меня было много времени подумать о том, что я сделал, — заговорил Алекс. — Я долгие месяцы боялся смерти. А несколько последних недель задавался вопросом, что со мной сделают, если вернусь на ферму. После убийства Ала я, возможно, заслуживал смерти. Но не мог умереть, пока не разберусь с этой фермой. Понимаю, что сегодняшние события не заглаживают совершенного прежде… но это единственное, что я мог сделать.

— Почему же ты убил его?

— Ради отца, — ответил Алекс. — У него с Алом были давние отношения. Отец работал в одном из банков в Сити, потом Ал предложил ему вести бухгалтерские книги в своих магазинах. Мы купили новый телевизор, новую кухню, замечательно отдыхали на юге Франции. А затем дела пошли кувырком. Отец знал: все, что мы с мамой считали своим, не наше и на самом деле принадлежало Алу. Он щедро ссужал отцу деньги, говорил, что возвращать их не понадобится, ведь мы для него как родная семья. Но однажды вечером отец пришел домой и сказал мне, что Ал хочет забрать наше имущество. Требует оплатить все от него полученное. Мы не могли этого сделать. Если бы вернули то, что ему принадлежало, остались бы ни с чем.

— Почему он вдруг так переменился?

— Не знаю, но дела шли все хуже и хуже. Отец пригласил Ала к нам, когда матери не было дома, пытался уговорить его. Они спустились в подвал, и Ал совершенно потерял голову. Ударил отца. Когда мама спросила, в чем дело, отец солгал, будто упал на озере, когда мы удили рыбу. Он не мог признаться маме, что все купленное для нее, та жизнь, которую он ей создал, вот-вот исчезнет. Что мы останемся без дома и без всего остального.

Алекс выглянул в окошко.

— Так продолжалось несколько месяцев — а потом у отца возникла идея. Мы заплатим Алу его собственными деньгами. Отец легко мог подделать бухгалтерские книги. У Ала было три магазина, каждый приносил кучу денег. Тут мы впервые заговорили об этих пятистах тысячах.

— О пятистах тысячах?

— О деньгах, которые у него заберем. Потом мы поняли, что помешать нам в этом может только сам Ал. В конце концов он бы все узнал. Если остановить Ала, деньги перейдут к нам.

— Твой отец предложил убить его?

— Мы были захвачены, развращены этой идеей… — Алекс сник. — И в конце концов я это сделал. Но в тот вечер выехал с другой целью. Я все больше сомневался и однажды сказал отцу, что лучше поговорить с Алом. Отец не хотел этого. К этому времени он полностью утвердился в своем решении, но мысль о… о том, что мы собираемся сделать, жутко пугала меня.

Мы проехали вдоль дорожных знаков. До Лондона оставалось восемьдесят миль.

— И вот я отправился на встречу с Алом в тот стриптиз-клуб в Харроу. Но когда приехал, он был уже пьян, сидел возле сцены и позволял стриптизершам тереться грудями о его лицо. Не мог ни разговаривать, ни вообще делать что бы то ни было. Всякий раз, когда я пытался его урезонить, он отворачивался со словами, что я не знаю, о чем говорю. Я старался дать ему шанс, надеялся, что он даст шанс мне, но в конце концов разозлился. Сказал, чтобы он держался подальше от моей семьи. А если приблизится, я убью его.

Алекс умолк. Мы оба знали, что последовало за этим.

— Я сказал, что убью его, — негромко продолжал Алекс, — и в итоге это сделал. Машину в тот вечер взяла мама. Поехала к приятельницам. Я мог бы отправиться поездом, но мне хотелось тут же убраться оттуда. Я не собирался проводить время с Алом — только совершить необходимое. Поэтому взял автомобиль в прокатном пункте компании «Херц» неподалеку от дома. Управляющим там был старик. Я показал ему свои документы, но, заполняя бланк, вписал другие данные, чтобы замести следы. Старик не заметил, что фамилия и адрес изменены. Видимо, в глубине души я понимал, что в тот вечер произойдет несчастье.

Алекс немного помолчал.

— В общем, я вышел из клуба и направился к машине, Ал плелся за мной. Он был так пьян, что едва держался на ногах. Но догнал меня и начал оскорблять. Говорить, какое дерьмо мой отец. Возле клуба стояли несколько человек. Как только они вошли внутрь, я ударил его. Ал был так пьян, что ничего не успел понять. Когда он упал… я сломал ему нос каблуком.

Огни на шоссе отражались в его глазах. Алекс отвернулся, немного помолчал.

— Когда Ал наконец поднялся, выглядел он ужасно и едва ворочал языком. Но, глядя мне в глаза, сказал: «Алекс, ты совершил громадную ошибку. Я хотел помочь тебе. Помочь твоей матери. Ты приехал сюда ради отца, так ведь? Своего замечательного отца. А почему бы тебе не спросить его о маленьком грязном секрете в Уэмбли?»

— Что он имел в виду?

Глаза Алекса заблестели.