Читаем Подумать только!.. полностью

Таким образом, Сергей Глазьев, экономист с огромным опытом, государственник, достаточно приверженный социалистической плановой системе хозяйствования, сообщил, что, если мы будем и дальше так, то мы движемся к катастрофе. Ну и мгновенно устами начальника пресс-службы президента Дмитрия Пескова Кремль отрекся от Глазьева, сказав, что нет, Глазьев нам не экономист, всё, что он говорит – это все ерунда. Я сейчас, на самом деле, отвечаю на довольно большое количество вопросов, которые были заданы по поводу экономического положения: Песков, Глазьев и так далее.

Видите ли, в обязанности пресс-секретаря верхнего лица государства входит вот имманентной, внутренне присущей чертой, без которой нельзя, оптимистический патриотизм (или патриотический оптимизм, называйте как хотите). То есть он может говорить только то, что «у нас есть, конечно, какие-то трудности, но мы работаем в правильном направлении, и трудности мы преодолеем и преодолеваем каждый день, и все совсем не так плохо и даже хорошо, а будет еще лучше». Потому что иначе совершенно нельзя, потому что иначе что, вообще, менять курс? Или менять правительство? Это не входит задачи правительства – чтобы его меняли.

Вот, что происходит, понимаете, сейчас.

Что касается экономики. Вот смотрите, что кругом видишь – то для тебя наглядней и понятней. В этом году в Москве большая замена дорожного покрытия. Если я не ошибаюсь, прошла цифра по прессе – 17 миллионов квадратных метров асфальтового покрытия. Какого? Которое испортилось? Ну не то чтобы вовсе испортилось – у которого кончился гарантийный срок. Я вам доложу, что если вы из своего личного домашнего хозяйства выбросите и снесете в ремонт всё, у чего кончился гарантийный срок, то это вас ударит по карману довольно крепко.

Если асфальт еще держится, то это не факт, что его нужно менять. Как у нас меняют асфальт… Да, кстати, везде будут менять бордюры, вот боковые. Также лично наблюдал, как меняют отбойники. Они были такие, полукругло-волнообразные, а стали такие… коробчатые, хотя эти волнообразные совершенно отлично держались. Но, понимаете, у нас много погонных километров таких вот дорог с отбойниками, ограничителями, разделителями. Это что? Это деньги.

Асфальтовое покрытие снимается: идет соответствующая машина и сдираем немножко верхнего слоя. За ней идет вторая машина и сыплет горячий асфальт, за ней идет каток и тут же его укатывает. Между катком и горячим асфальтом идут работяги, чаще всего таджики в оранжевых жилетах, и его разравнивают. Очень быстро. И на место хорошего асфальта положен следующий асфальт. Интересно, какой у него гарантийный срок? Я думаю, идеальный гарантийный срок – это один год, чтобы можно было менять каждый год. Но все-таки больше, чем один. Вот я так смотрю кругом: иногда меняют раз в три года, иногда – раз в четыре года. Причем меняют не там, где он прохудился, а подряд.

Что это есть? Это есть распил городского муниципального бюджета. Ну что еще непонятно-то? Так что, какой же кризис? У тех, кто эти деньги себе на карман кладет – нет, это не кризис.

Задаются вопросы многочисленные… Конечно же теперь у нас Национальная гвардия! И вот, скажем, в чем отличие российской Национальной гвардии от американской Национальной гвардии? И почему это либералы, которые вечно недовольны и которые кормятся печенками Госдепа – черт бы их всех побрал, понимаете, предателей, «пятую колонну»! – почему это они говорят, что в Америке Национальная гвардия – ничего, а вот у нас – плохо? Почему, в чем отличие?

Отличие, конечно, есть. Отличие в том, что у них там Национальная гвардия – это своего рода народная милиция, которая все время, вообще-то, живет у себя дома и чем-то занимается. То есть это взрослые люди, у которых есть свои профессии, которые ходят на работу, зарабатывают деньги, а на считанное количество суток в году отправляются на своего рода лагерные сборы. Причем, если работодатель им не оплатит эти дни, то работодатель может огрести вплоть до уголовного срока, потому что по закону Национальная гвардия – это закон, и вот работодатель обязан оплачивать, потому что это делается для блага родины.