Читаем Подумать только!.. полностью

Это везде. Но у нас это будет носить тот характер, который, знаете, нам привычней и ближе, так что можно понять, как будут скупаться на подставных лиц, получаться эти гектары, которые сложатся в квадратные километры. Там будут располагаться китайские предприятия, которые – уж будьте спокойны! – будут соблюдать экологические правила. В Москву на улицу в час пик выйдите, воздуху нюхните – и… у всех автомобилей есть справочки, что выхлоп соответствует техническим нормам, только дышать, знаете ли, вредно, особенно, ежели кто не совсем здоров верхними и нижними дыхательными путями.

Значит, что получается с приходом Китая на Дальний Восток и Приморье? Первое: государство получает в бюджет определенные деньги. Вот без всяких хлопот бумаги подписали, разрешение дали – и в бюджет пошли определенные деньги.

Второе: Конкретные лица, во‑первых, отпиливают от этого бюджета, а во‑вторых, берут элементарные взятки, как принято у чиновничьего сословия, которое имеет дело с какими-то денежными промышленными людьми, так что, получается, это выгодно.

Но, если посмотрим туда, вперед, в перспективу – китайцев, знаете ли, больше чем русских, а каждый комбинат является градообразующим предприятием, потому что, знаете ли, люди, они имеют обыкновение заводить семьи, а в семьях рождаются дети. В Китае, знаете, не так давно сняли ограничение «одна семья – один ребенок»: можно – два. Но можно обойти эти правила, но довольно сложно.

А если на российской территории у китайских семей не будет ограничений, то детей в семьях будет больше, и по прошествии 20 лет окажется, что китайцы, конечно же, окажутся этническим значительным, подавляющим большинством и встанет неизбежно вопрос о культурной автономии, и всё это явочным порядком перейдет в китайское ведение.

В общем, простите великодушно, это называется торговлей родиной, чем оно и является: торгуем территорией, почвой, водой, воздухом – но много лет без всякой пользы, без всякого смысла. Я говорил о том, что Южные Курилы – эти четыре несчастных острова – нужно отдать Японии при одном условии: пусть Япония вложится в Приморье и Дальний Восток своими деньгами, своими технологиями, своим оборудованием; а одновременно пустить туда же Корею, потому что корейцы традиционно ненавидят японцев, и все вместе они не любят китайцев.

И вот с ними гораздо легче работать, ими гораздо легче управлять, опять же: разделяй и властвуй! Пусть они бегают в Кремль ябедничать друг на друга, как японцы и корейцы притесняют друг друга, и вместе они явятся щитом против китайской экспансии, потому что с ними работать будет можно, а с Китаем работать будет нельзя.

Кроме того, еще одна страшная, убийственная вещь, в конечном итоге решающая все: средний китаец заметно лучший работник, чем средний русский. Он больше и тщательнее работает, он меньше пьет, и он готов удовлетвориться гораздо более скромным бытом.

Это огромная проблема. Своим детям и внукам мы оставляем в наследство большую головную боль. Но, чтобы не мелочиться – здесь вот в Москве, в столице, в сердце – Тимирязевская академия – поакадемила и хватит – у нее есть, в общем, в черте города опытные поля, такие, знаете, опытовые делянки. Они там, понимаете, занимаются селекцией, сорта выводят, студентов учат. Земли, между прочим, квадратный километр – 101 гектар. Разумеется, решили отобрать.

Сообщили: «Мы вам дадим в другом месте, подальше – сейте себе на здоровье, что хотите, а здесь мы будем это застраивать, потому что, сами понимаете, это выгодно». Академия Тимирязевская стала на дыбы, на свои очень слабые дыбы по сравнению с дыбами центральной власти, которая заинтересована в рубле, переводя его в доллары. И было собрание с замминистра сельского хозяйства. Фамилии не помню – помню, что, как модно сейчас: череп обритый, мужчина уверенный.

Тут одна наглая второкурсница говорит: «А вы, господин заместитель министра сельского хозяйства, вообще, знаете, чем, например, отличается кормовая свекла от сахарной?» Но он сказал, что его это не касается, знать он этого не хочет. Чего? Нормальный министр! Его дело – руководить, а не в сортах свеклы разбираться. Назначат – будет завтра банями руководить. Своего рода номенклатура, прямо как советская номенклатура.

В этих условиях говорить о расцвете экономики немного трудно. Здесь, понимаете, какая штука: для того, чтобы выходить из кризиса, сначала нужно всем вещам дать правильные названия. Кризиса никакого нету. Кризис – это когда работали-работали – и вдруг оказалось, что в результате этой работы чего-то заклинило, чего-то перегрелось, какая-то диспропорция в разных отраслях, невозможно сбыть произведенные товары, рабочие не хотят работать за такую плату, короче, не получается.