Читаем Подозреваемые полностью

Джордж Харрис вылез из полицейского фургона, держа в руках форму и экипировку. Отдыхающие брели от пляжа к своим машинам, другие извлекали из багажников одеяла и маленькие холодильники, собираясь на пляж.

Харрис направился к своему «джипу».

Водитель такси передал по рации:

— Ренегат-1 — Центру. Объект уезжает в «джипе-команчи».

Водитель коричневого «бьюика», стоявшего у перекрестка дорог, передал:

— Ренегат-2 — Центру. Объекта не вижу.

Еще одно такси стояло на обочине шоссе Хатч, его водитель открыл капот, делая вид, будто ищет неисправность. Он произнес в микрофон, лежавший на аккумуляторе:

— Ренегат-3 — Центру. Я на месте.

Почтовый фургон остановился за кустами возле четвертого выезда с пляжа.

— Ренегат-4 — Центру. Я на месте.

Скэнлон передал:

— Центр — Ренегату-5. Как вы меня слышите?

— Отлично, — ответила Хиггинс.

— Ренегат-6, как вы меня слышите?

— Хорошо, — сказал Кристофер.

— Ренегат-7, как вы слышите Центр?

— Все в порядке, шеф, — отозвался Фейбл.

Скэнлон разглядывал карту Орчард-Бич. «Проклятье, что он там возится?» — думал он.

— Ренегат-1 — Центру. Объект проезжает Пелхэм-парквей.

— Ренегат-2 присоединяется к Ренегату-1.

— Ренегат-3 — Центру. Объект выворачивает на Хатч.

— Центр — всем отрядам. Почаще сменяйтесь, чтобы он не заметил слежки.

Скэнлон расхаживал по дежурке, держа микрофон возле губ. Герман Германец стоял посреди комнаты и ждал следующей передачи. Гектор Колон пристально смотрел на часы. Скоро ему предстояло отправляться на ужин по случаю помолвки.

— Объект направляется на мост Бронкс-Уайтстоун.

— Я увидел его.

Группы начали передавать, не сообщая своих кодов. Такое в порядке вещей, если полицейские долго работают вместе. Они действуют и думают, как один человек, узнают друг друга по голосу.

Скэнлон рассматривал план. «Он поедет либо по Кросс-Айленд, либо по Уайтстоун», — подумал он.

Напряжение нарастало. Колон выскользнул из дежурки и побежал в гардеробную переодеваться.

— Объект выехал на Уайтстоун.

— Джек, уступи мне место. Я беру слежку на себя.

— Ладно.

— Этот парень и впрямь торопится.

— Он сворачивает на Ван-Вик.

Колон вернулся в дежурку в белых брюках, синем пиджаке, коричневой сорочке и с белым галстуком. На ногах у него были белоснежные туфли. Он неуверенно подошел к Скэнлону.

— Лу, мне не обязательно быть на этой вечеринке. Я могу остаться, если надо.

— Мы обойдемся без тебя, Гектор. Иди, и приятных тебе развлечений.

Когда Колон покинул дежурку, Герман Германец посмотрел на Скэнлона и произнес:

— Надеюсь, на следующей аттестации ты не забудешь о его служебном рвении.

Из рации донеслось:

— Он поворачивает на запад, к Лонг-Айленду.

— Он направляется к дому Галлахера, — сказал Скэнлон. — Хочет, чтобы вдова рассказала ему о вашем посещении. Только после этого он пойдет за оружием.

Скэнлон сказал в микрофон:

— Центр — Ренегату-5. Объект направляется в вашу сторону. Оставайтесь в укрытии.

— Ладно, — ответила Хиггинс.

Вскоре Ренегат-5 передал, что объект остановился на Энтони-стрит.

— Он выходит из джипа, — сообщила Хиггинс. — Неторопливо осматривается. Он очень осторожен. Поднимается на крыльцо, стоит там. Возвращается назад. Подходит к джипу, не торопится, внимательно осматривается. Так! Он вошел в дом.

— Центр — Ренегатам 1, 2, 3, 4. Оставайтесь в укрытии. Ренегаты 3 и 4, наблюдайте за задним фасадом дома.

Скэнлон представил себе, что происходит в доме Галлахера. Миссис Галлахер лихорадочно пересказывает свой разговор с Германом Германцем. Харрис цепляется к каждому слову. Он непременно заинтересуется словами инспектора о гриме и отпечатках пальцев. Начнет язвить, они обязательно поругаются. В конце концов, надеялся Скэнлон, Харрис струхнет и поедет за оружием.

— Объект уходит, — сообщила Хиггинс. — Он направляется на запад, к шоссе Бруклин — Куинс.

Время шло, машины наблюдения менялись.

Харрис выехал с Лонг-Айленда на север, на бульвар Куинс. Когда об этом сообщили в Центр, Скэнлон подбежал к плану города. Рассматривая место, где Харрис выехал с трассы, Скэнлон выругался по-итальянски. Там было легче всего обнаружить слежку. Бульвар Куинс — широкое шоссе, идущее с севера на юг.

— Центр — Ренегатам. Что делает объект?

— Объект припарковался на углу Куинс и Пятьдесят восьмой улицы. Он сидит в джипе и смотрит в зеркало заднего обзора.

— Центр — Ренегатам 1 и 2. Ведите объект до первого поворота направо и остановитесь на бульваре, направление — юг. Ренегаты 3 и 4, окружите его.

— Ренегат-5 — Центру. Хотите, чтобы мы покинули пост и присоединились к другим отрядам? — спросила Хиггинс.

— Отставить. Следите за нашей подругой, если она куда-то поедет. Возможно, Харрис выполняет отвлекающий маневр.

— Хорошо, Лу, — отозвалась Хиггинс.

— Он вышел из джипа, стоит на повороте, оглядывается по сторонам, — сообщила одна из групп.

— Он бежит через бульвар, — послышался чей-то голос по рации. — Он перепрыгнул через ограждение и остановил такси.

— Запишите номер, — приказал Скэнлон, в его голосе сквозила тревога.

— Объект в желтом такси, регистрационный номер Т276598. Направляется на юг.

— Центр — Ренегатам 1 и 2. Вы стоите лицом к югу?

Перейти на страницу:

Все книги серии Мастера остросюжетного романа

Похожие книги

Роковой подарок
Роковой подарок

Остросюжетный роман прославленной звезды российского детектива Татьяны Устиновой «Роковой подарок» написан в фирменной легкой и хорошо узнаваемой манере: закрученная интрига, интеллигентный юмор, достоверные бытовые детали и запоминающиеся персонажи. Как всегда, роман полон семейных тайн и интриг, есть в нем место и проникновенной любовной истории.Знаменитая писательница Марина Покровская – в миру Маня Поливанова – совсем приуныла. Алекс Шан-Гирей, любовь всей её жизни, ведёт себя странно, да и работа не ладится. Чтобы немного собраться с мыслями, Маня уезжает в город Беловодск и становится свидетелем преступления. Прямо у неё на глазах застрелен местный деловой человек, состоятельный, умный, хваткий, верный муж и добрый отец, одним словом, идеальный мужчина.Маня начинает расследование, и оказывается, что жизнь Максима – так зовут убитого – на самом деле была вовсе не такой уж идеальной!.. Писательница и сама не рада, что ввязалась в такое опасное и неоднозначное предприятие…

Татьяна Витальевна Устинова

Детективы
Земное притяжение
Земное притяжение

Их четверо. Летчик из Анадыря; знаменитый искусствовед; шаманка из алтайского села; модная московская художница. У каждого из них своя жизнь, но возникает внештатная ситуация, и эти четверо собираются вместе. Точнее — их собирают для выполнения задания!.. В тамбовской библиотеке умер директор, а вслед за этим происходят странные события — библиотека разгромлена, словно в ней пытались найти все сокровища мира, а за сотрудниками явно кто-то следит. Что именно было спрятано среди книг?.. И отчего так важно это найти?..Кто эти четверо? Почему они умеют все — управлять любыми видами транспорта, стрелять, делать хирургические операции, разгадывать сложные шифры?.. Летчик, искусствовед, шаманка и художница ответят на все вопросы и пройдут все испытания. У них за плечами — целая общая жизнь, которая вмещает все: любовь, расставания, ссоры с близкими, старые обиды и новые надежды. Они справятся с заданием, распутают клубок, переживут потери и обретут любовь — земного притяжения никто не отменял!..

Татьяна Витальевна Устинова

Детективы
Последний рассвет
Последний рассвет

На лестничной клетке московской многоэтажки двумя ножевыми ударами убита Евгения Панкрашина, жена богатого бизнесмена. Со слов ее близких, у потерпевшей при себе было дорогое ювелирное украшение – ожерелье-нагрудник. Однако его на месте преступления обнаружено не было. На первый взгляд все просто – убийство с целью ограбления. Но чем больше информации о личности убитой удается собрать оперативникам – Антону Сташису и Роману Дзюбе, – тем более загадочным и странным становится это дело. А тут еще смерть близкого им человека, продолжившая череду необъяснимых убийств…

Александра Маринина , Виль Фролович Андреев , Екатерина Константиновна Гликен , Бенедикт Роум , Алексей Шарыпов

Детективы / Приключения / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Прочие Детективы / Современная проза