Читаем Подфлажник полностью

– Шо стервец, страшно? Молись, я твоя смерть.

– Что вам надо, я не по…

Залесский не дал ему договорить и резким ударом рукоятки пистолета, припечатал в правую крайнюю точку плеча. Адская боль пронзила Грача, и правая рука стала недвижимой, в результате болевого шока.

– Ну, шо, подлец, больно? – Залесский снова направил ему в лицо ствол. – Человеку всегда больно, когда его бьют. А, когда его убивают, тогда, вдвойне больней, родным и близким, ты понял меня, чмо?

– Вы не смеете так…– попытался что-то нечленораздельно произнести Грач, но удар в грудную клетку свалил его на постель.

– Деньги на бочку, гнида. Всё, что заработал нечестным трудом, понял, да? – Залесский снова размахнулся, но больше для устрашения, чем для удара.

– Не бейте меня, – взмолился Грач, закрывая со страху глаза.

– Деньги на бочку, ты пол, гнида, – и Николай сунул под нос Грачу ствол. – Будешь долго раздумывать, скоро не чем будет думать, так как мозги твои размажу по стенкам, понял?

– У меня нет денег, – пытался схитрить Грач.

– Тогда у меня нет сострадания к твоей боли, – сказал Николай и ещё раз приложился резким ударом в область паха, лежавшего Грача, который тут же скорчился от боли.

– Так есть деньги или ты хочешь калекой остаться и вечным импотентом, а?

– Есть! Есть! Не на-до бить.

– Так выгружай, не будь дураком, если жить хочешь?

– Дам, сейчас дам, – Грачёв сполз на пол и на коленках приполз к большому платяному шкафу, где стал вытаскивать из одной открытой створки все нижние ящики.

Наконец он всунул внутрь шкафа руки и стал там что-то доставать. Николай насторожился.

– Даже и не думай, если там пушка, я тебе сию минуту бошку разнесу, не успеешь и чирикнуть, ты понял, да? – пригрозил Николай, беря Грача на понт.

– Нет пушки, там деньги, – Грачёв достал небольшой сейф с цифровым кодом и отрешённо посмотрел на своего истязателя.

– Открывай, ты шо, думаешь, мне твой сейф нужен? Надо проверить, шо там, давай открывай, не вводи в искушение, – и Залесский снова размахнулся.

Грач закрыл лицо руками, после чего, не дождавшись удара, стал дрожащим пальцем набирать код цифрового замка. Замок щёлкнул и открылся.

– Выворачивай всё, шо есть! – скомандовал Залесский и, присел напротив своей жертвы. Грачёв опрокинул сейф, и на полу оказались перетянутые аптечной резинкой пачки купюр: доллары и евро. Кроме денег, там оказались, какие-то важные бумаги. Бумаги Николая не интересовали и он, бросив Грачу пакет, приказал:

– Скидывай сюда валюту, бумаги мне не надо.

Грачёв исправно наполнил пакет американскими и европейскими денежными знаками, затем отдал его в руки, этому страшному, человеку в маске.

– Запомни, страдалец, взяв чужое – помни о возмездии, сегодня я пощажу тебя, но больше пощады не будет, – стал напутствовать Грача Николай, думая, как замести следы. – Я уйду, но о моём визите к тебе никто не должен знать, поднимешь ментов – кончу, понял? О Робин Гуде фильм видел? Вот! Считай, что я Робин Гуд или Зорро, ну на крайний случай батька Махно. А, вообще-то, ты за свои грехи легко отделался. Догадываешься о чём я? Нет? Ну, тогда отдохни и подумай, а я пошёл.

Николай направил в предплечье Грача ствол и выстрелил. Грач оскалился от внезапной боли и посмотрел на страшного Робин Гуда. Закатив глаза и взмахнув рукой, он медленно повалился на пол. Дело было сделано. Теперь Грачёв до утра будет находиться под действием снотворного, а Залесский стал думать, как ему лучше выбраться за пределы этого "ново-одесского" дома.