Читаем Под прицелом полностью

Но к моему огромному удивлению это оказался не руководитель нового реферата 94 В, а Франк Оффенбах, который дружески приветствовал меня словами: – Давно не виделись! При этом он в упор посмотрел мне в глаза. – Да, Франк, действительно, очень давно не виделись, – в тон ответил я. Хайке остолбенела, несколько раз взглянула то на меня, то на него. Помолчав немного, она, наконец, не смогла уже сдержаться: – Э, ребята, я что-то упустила? А мы двое ответили в один голос: – Нет!

Шеф не пришел. Он даже не соизволил извиниться. На мои расспросы Хайке дала лишь один краткий ответ: – Без комментариев! Но ее мимика ясно показывала, что и ей вся эта процедура совсем не о душе. Так что, теперь она взяла на себя обязанность инструктора. Она сказала, что по плану в Праге мне вручат мобильный телефон, который в выключенном состоянии сможет записывать все разговоры. Мне нужно просто взять его с собой, положить во внутренний карман пиджака или куртки. Больше ничего.

Потом я должен встретиться с моим "контактом", в том месте, которое нас обоих устроит. Я буду свободен в своих передвижениях. На месте участие будут принимать лишь начальник, Франк и еще один его помощник из QB. Никого больше. Ради этой операции не стоит подвергать риску слишком много своих людей. И она сама, скорее всего, не поедет. У Франка Оффенбаха глаза на лоб полезли, когда он это услышал. Причем он даже не постарался скрыть это удивление от своей коллеги.

Заметив это, она возразила дерзко, и даже немного оправдываясь: – Это задание, которое я должна передать. Не больше и не меньше. Я тут делаю только то, что мне приказали. Я сказала сейчас то, что должна была сказать? Франк вежливо кивнул: – Да. – Норберт, больше я не могу или не имею права тебе ничего сказать, – добавила она. Это звучало так, будто она заранее просила прощения.

Пожав плечами, оба простились со мной. Мне вдруг стало очень скверно на душе. Теперь я решил еще раз спокойно рассмотреть по пунктам весь оперативный план, разработанный пуллахскими супершпионами. Во-первых: поезжайте в Прагу. Во-вторых: вам там передадут мобильный телефон. Кто и где, узнаете на месте. В-третьих: встречайтесь там с вашим собеседником и поговорите с ним о чем-нибудь. И, в-четвертых: делайте, что сами хотите. А все остальное – посмотрим. И это была она? Высокая школа разведывательного мастерства?

Я сразу решил делать все по инструкции. Ведь поле для маневра мне оставили более чем широкое. При этом мне, конечно, было понятно, что возможность допустить ошибку в первую очередь, была у меня. Потому, сказал я себе, что бы ни произошло, я сам решу, что, где и как делать. Ведь в случае неудачи обо мне в Пуллахе точно никто не позаботится. Наоборот, все будут только рады, если произойдет непредвиденный провал. Поэтому моим первым шагом была покупка билета на самолет. Так как у меня еще было время до отхода поезда, помимо моего железнодорожного билета у меня теперь был на руках и авиабилет на обратный путь, на рейс "Люфтганзы" Прага – Франкфурт-на-Майне.

Высокая школа разведывательного мастерства (действие третье)

В 14.09 поезд "Евросити" № 17 отправился с главного вокзала Мюнхена. Я сидел в купе для курящих, номер 303, место 82. Но, впрочем, это не играло никакой роли, так как я и так был единственным пассажиром. Потому я прогуливался время от времени по вагону, размышляя над тем, что меня я в этот раз ожидает в Золотом городе. Кроме проводника, проверявшего билеты, двух таможенников на чешской границе и продавца кофе с тележкой меня за всю поездку никто не побеспокоил.

Чем дольше я ехал, тем яснее становилось мне, что со всем этим делом покончить могу только я один. Собственным коллегам доверять уже было никак нельзя, ни что касалось целей этой экскурсии, ни их обращения со мной. Оставался единственный выход – прямо сказать дружелюбному "Вольфгангу" с русским акцентом, что это наша последняя встреча.

Но неужели он и сам не поймет, если я четко и однозначно скажу ему, что ни при каких условиях никогда не выдам ему имена моих русских агентов? Никогда! Так я решил действовать, и раз и навсегда рассеять это наваждение. Если же при этом мне удастся еще и записать разговор с ним, то еще лучше. После этого БНД никогда не сможет сказать, что я не исполнил свой долг. Так должно было произойти, и этой мыслью я себя успокоил. Ровно в 20.06 поезд прибыл на главный вокзал Праги. Привет, Прага, это снова я, подумалось мне.

На такси я быстро доехал до отеля "Хилтон". Квадратное строение, похожее на огромный стеклянный кубик, стоит на улице Побрежной на правом берегу Влтавы и всегда ярко освещается. Оттуда я легко мог бы добраться до любого места. Ведь я пока не знал, куда мне придется поехать на следующий день. Как помпезно здание выглядело снаружи, так же напыщенно смотрелся и его интерьер. Огромное фойе, пронизанное светом, пробивавшимся сквозь гигантский стеклянный купол. Из двух зеркальных лифтов можно было видеть небо через прозрачную крышу.