Читаем Почему гибнут империи полностью

Структура была настолько действенной, что третья манипулярная линия — триарии — порой даже не вступали в дело, с противником справлялись первые две линии манипул — гастаты и принципы. У римлян даже поговорка появилась: «дело дошло до триариев» — это означало, что сражение было особенно тяжелым, очень туго пришлось, даже третья линия в бой вступила. В третьей линии, кстати, стояли самые опытные бойцы, и когда противник уже мерзко хихикал, думая, что прорвал римский строй, на него обрушивались свежие мечи ветеранов.

Манипулярный строй — это большой шаг на пути военной эволюции. Структура войска стала более гибкой. Не знаю, интересно вам или нет, но придание системе большей гибкости — типичный прием эволюции сложных систем. Уходят медлительные броненосцы, приходят мягкие и быстрые кошки. Эффективность римского строя повысилась, соответственно возросла и его информационная насыщенность. Одно дело научить людей просто становиться в ряд и переть вперед, и совсем другое — быть готовыми слушать разные команды и совершать сложные и взаимосогласованные перестроения во время боя.

В фаланге степень подготовки отдельного бойца роли не играла — действовала общая масса. В манипулярном строю резко возросла значимость отдельной боевой единицы. Каждый римский воин мог действовать как в составе подразделения, так и в одиночку. Полибий отмечал: «Каждый римлянин подготовлен в одинаковой мере для всякого места, времени, для всякой неожиданности… Он с одинаковой охотой готов идти в сражение, ведется ли оно все массой войска разом, одной манипулой или даже отдельными воинами».

Поэтому относительно небольшие войска римлян не раз били многажды превосходящие силы противника. Вот один только пример. После победы во Второй Пунической судьба свела римлян на поле боя с грозой Востока — царем Антиохом. «Встреча» состоялась в Малой Азии, в местечке Магнесия. Будь у меня машина времени, непременно слетал бы в то время и в то место! Именно там и тогда впервые в истории можно было воочию наблюдать столкновение передового Запада с отстающим Востоком. Сколь же впечатляющей была разница!

В армии римлян — 30 000 человек. Железные легионеры. У царя Антиоха — 82 000 человек (по другим данным — 72 000). Это была настоящая восточная армия! Вавилонское смешение языков — фригийцы, ликийцы, памфилы, писидийцы, киликийцы, фракийцы, критяне, каппадокийцы, арабы и прочий сброд. «Войско являло собою как бы выставку достижений военной техники, начиная от ассирийских времен и кончая самыми последними», — пишет историк Бобровникова. В центре войска находилась знаменитая македонская фаланга, на флангах конница, копейщики, пращники, арабы с кривыми саблями верхом на верблюдах. Были тут и древнеперсидские серпоносные колесницы. А главное — боевые слоны с башнями для лучников! Многие римляне этих животных никогда не видели, так что фактор неожиданности был на стороне Антиоха. Все войско наряжено по-восточному пышно. Золото и драгоценные камни блистают на пальцах, упряжи и сабельных рукоятках. Не войско, а торт!

И в дополнение ко всему этому великолепию рядом с Антиохом находится один из величайших полководцев всех времен и народов, старый ненавистник римлян, поседевший Ганнибал, который всю свою жизнь — начиная с девятилетнего мальчишеского возраста — посвятил борьбе с Римом и который к этому времени уже многое понял о римлянах. Правда, командовать ему Антиох особо не давал: ревновал к славе.

— Ну как, — восточный царь гордо посмотрел на Ганнибала и обвел рукой сверкающее золотом огромное войско, — хватит этого для римлян?

— Да, — усмехнулся Ганнибал. — Думаю, что вполне хватит. Хоть римляне и очень жадны до золота.

Сила солому ломит. А ум она не ломит. В один день не стало грозы Востока, царя Антиоха Великого. Как там у Наполеона… «Так сильно влияние тактики, порядка и эволюции!»

Что же касается заявления о любви римлян той поры к золоту, оставим его на совести Ганнибала. Но в целом шутка удалась…

Римский солдат мог воевать в любых условиях. Древний историк Дион Кассий описал одно из сражений, когда римлянам пришлось вести бой в очень необычных для них условиях. Это случилось во II веке, зимой, в битве с варварами на льду замерзшего Дуная: «…Увидев, что римляне их преследуют, остановились, надеясь легко опрокинуть римлян, как непривычных к битве на льду… Римляне не испугались, но, сомкнувшись и обратившись лицом к врагу, сняли щиты и, опираясь на них одной ногой, чтобы не скользить, приняли нападающих. Римляне хватали одних за уздечки, других за щиты, третьих — за копья и притягивали к себе… Варвары не могли удержаться в седле, падали и скользили. Римляне тоже скользили. Но если кто-то из них падал навзничь, он тянул на себя своего противника с коня вниз, поверх себя, и затем своими ногами сильно толкал его обратно, как в спортивной борьбе, и таким образом садился на него верхом…»

Есть такой прием в самбо и в дзю-до — переворот через голову с упором ногой в живот противника…