Оля шла домой радостная, забрезжила надежда. «Все будет хорошо», — твердила она себе и, посмотрев на небо, удивилась, что оно опять стало голубым.

11. Лови на живца

Хирург Андрей Валентинович сказал, что самое тяжелое уже позади, а дальше месяцы реабилитации и восстановления. Однако он не стал обнадеживать Олю, сказав, что всякое может быть, и осложнения и характер больного ломается, нужно быть готовым ко всему. И все же она верила, что теперь все будет хорошо, иначе не могло быть.

Оля набралась смелости и позвонила волонтеру Михаилу Алексеевичу, они договорились о встрече. Его контора занимала всего одну комнату в общежитии, не было того лоска, что присущ офисам, стеллаж и множество папок.

— Это все те, кому нам удалось помочь, — он достал первую папку и открыл. — В основном помогаем тем, у кого нет выхода, у кого нет родственников или надо срочно делать операцию. В вашем случае тоже надо срочно. С ногой, вернее, с бедром, важно, но спина на первом месте.

Оля слушала его, а сама перебирала папки с именами, смотрела истории болезней. Тут были не только дети, но и взрослые и даже пожилые.

— Не всем можно помочь, всякие случаи бывают. Кто-то на болезни спекулирует, вот, — он протянул листок с данными на молодого человека в инвалидной коляске. — Алексей Городов, бывший ученый, подавал надежды, обратился к нам. Мы приложили усилия и добились выделения ему от государства квартиру, а после отправили на лечение.

— И что случилось?

— Он потратил деньги на отдых в Таиланде, хотел утопиться. А приехав, набрал кредитов и решил отравиться. Долги по кредитам теперь платят родственники. А он как кинозвезда сверкает на телевидении и в газетах с криком, что его жизнь как молодого ученого загублена. Это потом я узнал, что он написал статьи по подложному кладу, но ему это простили. Поддержали как перспективного ученого и выделили деньги на археологические изыскания, а он даже в поле, так у них это называется, не выезжал. Делал фальшивые отчеты и посылал их в Москву, а когда вскрылся подлог, его внесли в черный список археологов. Вот и бесится, что жизнь ученого загублена.

Оля еще раз посмотрела на юношу в инвалидном кресле, его сфотографировали в переходе, где он просит милостыню.

— Возьмите, — вернула она лист бумаги.

— Всякое бывает. Но в вашем случае надо действовать. Вы согласны?

— Я уже была в мэрии, банках, что могла уже сделала.

— Да, не все сразу. Иногда по накатанной идет, а порой никак не получается. Мне нужны все документы по болезни, сможете достать?

— Постараюсь.

— Без них я ничего не смогу делать. Займитесь этим прямо сейчас. Чем быстрей мы приступим, тем больше вероятность, что успеем.

— К чему успеем?

— Порой операции надо делать именно сейчас, через год они становятся бесполезными, организм возьмет свое.

Оля закрыла последний платеж по контракту на операцию, стали поступать первые звонки из банков с требованием начать гасить. Она смотрела на полученную в бухгалтерии зарплату и даже не знала, что с ней делать, ее и на проценты не хватает.

Операция прошла успешно, как обещали хирурги. Вадим сможет подняться через несколько недель. Но они упустили тот момент, что еще и со спиной надо разобраться. И опять всплыл агент клиники Валерий Степанович, он методично все рассказал, что сделано и главное, что еще надо сделать. Он предлагал отправить Вадима в клинику, что специализировалась на подобных повреждениях спины.

— А как же наши? — она не могла понять, почему их больница не может это сделать.

— Это очень узкая специализация, в стране всего несколько больниц этим занимаются. Кто-то ждет полгода, кому-то срочно, а кто-то и годами. Если вы хотите, чтобы ваш муж встал и был здоров, надо принимать решение. Поговорите с мамой Вадима, она в этом, как я понимаю, разбирается, она подскажет.

Оля так и сделала. Первым делом она встретилась с Галиной Анатольевной, и та сразу закивала головой.

— Да, деточка, да. Надо, надо делать операцию и как можно скорей.

Она начала сыпать умными словами, в которых Оля ничего не понимала. Она знала только одно, что очень хочет, чтобы ее Вадим, ее муж, опять был с ней, опять прижимал и как раньше целовал. Но вопрос в деньгах, а сумма новой операции была намного выше прежней.

«Лови на живца», — так говорил ей папа, объясняя принцип кредитов. Тебе банк даст ровно столько денег, чтобы ты смог гасить проценты и только чуть-чуть основной суммы. А после тебе предложат новый кредит, чтобы загасить часть прошлого, и тогда сумма уже увеличивается, а после еще и еще. И вот ты весь с потрохами принадлежишь банку. Только в этом случае вместо банка был агент, а Оля сама лезла в кабалу банка, поскольку ей нужно еще больше денег.