Читаем Побег (ЛП) полностью

— Да, — согласился он. — Она превратилась в маленькую гадюку.

Казалось, он точно знал, куда они идут, что заставило Вэл почувствовать себя немного глупо. Когда бродила одна, ей казалось, что она прошла много миль. Возможно, так оно и было, но видимо она ходила кругами. В какой-то момент она заплутала, шагая по узким тропинкам, пока не оказалась у озера.

«Я бы не пережила эту ночь без него», — подумала она. Не с моей влажной одеждой и отсутствием очевидных укрытий. Только вспомним о том, как близко она оказалась к тому, чтобы провести ночь под открытым небом, когда температура подползла к нулю…

Вэл заскрипела зубами, и Гэвин с любопытством посмотрел на нее.

— Просто… холодно, — сказала она.

— Мы почти на месте.

Она твердо была уверена, что ей не послышалось предвкушение в его голосе.

Вэл отвернулась от него, предпочтя смотреть на деревья, которые казались куда безопасней. Теперь, перестав бороться за свою жизнь, она смогла оценить красоту дремлющего леса. Засыпанные снегом и спящие растения пока слабы, но весной они пробудятся.

Интересно, как выглядит это место, когда оно зеленеет, а земля покрывается ковром из полевых цветов и папоротников? Впервые за долгое время ее рука чесалась взять карандаш.

— Как думаешь, — начала она, и тут Гэвин резко ее остановил.

Вэл услышала треск только после того, как ее ноги перестали двигаться.

Шаги.

Анна-Мария появилась из-за деревьев, одетая в еще одно из этих маленьких костюмных платьев. Оно выглядело более облегающим, чем твидовое, и она отказалась от галстука, оставив тонкую блузку расстегнутой достаточно низко, чтобы можно было предположить, что под ней ничего нет. Вокруг ее горла вилась нитка жемчуга, которую она надевала в ночь вечеринки.

Ее глаза загорелись неподдельной радостью, когда она увидела Гэвина. Анна-Мария бросилась бежать с потрясающей ловкостью, несмотря на каблуки. Если она выглядела красивой, когда была угрюмой и злобной, то сейчас казалась просто сногсшибательной.

«Но она его сестра», — подумала Вэл, наблюдая за происходящим с ощущением надвигающейся катастрофы.

— Гэвин, — выдохнула Анна-Мария. — Ты жив. Лука сказал, что ты жив. Я так рада тебя видеть. Я думала, что больше никогда тебя не увижу, после нашего расставания еще и при столь неприятных обстоятельствах.

— Привет, Анна. — Гэвин позволил своим губам искривиться в усмешке. — Ты совсем не изменилась.

— Что случилось с твоим голосом? Он звучит по-другому. Ты болен? — Она перевела взгляд с его лица на шею, и тут ее глаза расширились от ужаса. — Твое горло…

— Не бери в голову. — Гэвин скосил глаза на Вэл. — Ты знакома с Валериэн?

Анна-Мария перевела взгляд на Вэл, и та сжалась от промелькнувшей в нем ненависти.

— Крыса выжила, да? Очень жаль. Я надеялась, что больше не увижу ее до весны.

— Она намного выносливее, чем кажется. — Вэл напряглась, когда Гэвин обхватил ее за талию, притягивая к себе под жадным взглядом сестры. — Конечно, она должна быть такой, чтобы играть со мной. Ты проиграла, Анна. Похоже, я заканчиваю пари. Я выиграл.

— Ты всегда выигрываешь, — язвительно проговорила Анна-Мария. — Но только потому, что жульничаешь.

— Нет, — возразил Гэвин. — Я просто больше готов сделать все, что потребуется — хотя, если мы говорим о жульничестве, дорогая сестра, что это я слышал о яде?

Анна-Мария обнажила зубы.

— И она того стоит, Гэвин? — спросила она, игнорируя обвинение. — Тебе следует знать, что твоя игрушка была испорчена в твое отсутствие. Лука провел с ней несколько раундов, и она встречалась с неизвестно сколькими другими. Лука сказал…

— Довольно. — Его голос мог расколоть гранит. — Как думаешь, кого ты обвиняешь, Анна? Я вижу тебя насквозь так же легко, как эту вульгарную блузку, и ты дура, если думаешь, что говоришь мне что-то, чего я еще не знаю. Лука теперь твердо усвоил, что нельзя трогать то, что ему не принадлежит, а Вэл поклялась быть образцом послушания, когда я возьму ее в жены.

— Жена? — повторила Анна-Мария, перекрывая удивленное восклицание Вэл. — Ты не можешь говорить об этом всерьез.

— О, но это так. — Он посмотрел на Вэл и улыбнулся. — Я никогда не был так серьезен.

— Нет, — прошипела Анна-Мария. — Я не позволю тебе жениться на ней. Она слаба — разве ты не видишь? Какая она жалкая? Она разрушит наш род. Она должна умереть.

— Боюсь, сезон охоты закончился, Анна.

— Сезон охоты, может быть, и закончился, — заявила Анна-Мария, порывшись в жакете. — Но браконьерство, в любом случае, никуда не денется. — Раздался щелчок, когда она сняла старый деревянный револьвер с предохранителя. — Если я не могу заполучить тебя, брат, то никто не сможет.

***

Анна-Мария металась между раздражением и весельем, когда в дом ввалился Лука с окровавленной губой и порванными джинсами.

— Она тебя поймала, да? — спросила она, оторвавшись от книги.

— Это был Гэвин. — Он сплюнул кровь на один из их обюссонских ковров. Анна-Мария внутренне поморщилась, увидев, как красноватый плевок попал на один из искусно выполненных бежевых узоров, но при словах Луки подняла глаза, забыв о гневе матери.