С грохотом вылетает дверь, мы падаем на пол, я цепляюсь за руку Ли. Только не его! Нас окутывает какой-то дым, ничего не видно, над головой крики, слов не разобрать. Пара выстрелов, но кто и в кого стреляет — непонятно. Я нащупываю свой пистолет, и тут чьи-то руки хватают за халат и резко отрывают меня от пола. Перед глазами из пелены появляется чужое обозленное лицо, я взмахиваю руками в попытке ударить хоть куда-нибудь. Пытаюсь выстрелить, но пистолет вылетает из рук.

— Прочь! — ору я, мне противно видеть этого человека, а еще я слышу крик Ли.

Пытаюсь вырваться, но что-то черное мелькает перед глазами, а потом в голову ударяет боль, я падаю. Звуки приглушаются, в глазах все плывет. Я ничего не понимаю, не могу думать, голова готова развалиться. Я приподнимаюсь на руки, но грубый толчок снова роняет меня на пол. Рядом падает кто-то еще, и я тяну руку, чтобы узнать. Но она тяжелая и неподъемная. Двэйн, где ты? Туман становится плотнее, обнимает мой мозг. Ничего не вижу. Кто лежит рядом? Чувствую только холодный пол. Двэйн…

Глава 53

Протянулась до края востока

Через горы, леса и реки

Орошенная кровью Дорога,

Что останется с нами навеки.

Она Пустоши верный избранник,

Только ты на нее ступи,

Как придется узнать, изгнанник,

Что таится в лесной глуби.

Лесу нет ни конца, ни края,

Ярость плещется тут и там,

Пустошь мечет ее, не зная,

По каким она рыщет следам.

Потому и нужна Дорога,

Она голос ее и сигнал,

Так что ты не броди там долго,

Не то вихри все встретятся там.

Спрячься под теневой завесой,

Поверни, куда глаз падет,

Не уйти от проделок леса,

Но там больше тебе повезет.

Только две стороны у Дороги,

Выбирай ты внимательно путь,

Он спасенье дарует немногим,

А потом и с него не свернуть.

Но не плачь, не рыдай, изгнанник,

Не смотри, что земля кувырком,

И в твоем мире есть призванье,

И в твоем мире сыщется дом.

Запевай поскорее песню,

Запевай и иди веселей,

Пусть дорога меж жизнью и смертью

Пролегает до самых морей.

И когда ты дойдешь до края,

Не спеши, подожди идти,

Вспомни все, что обрел, не зная.

Что на деле страшился найти.

И пусть Пустошь завоет от злости,

И она же тебя спасет,

Верь — ты часть ее духа и плоти,

Не сдавайся, тебе повезет!

«Двэйн. Двэйн. Ли. Моя голова… Двэйн?» — мысли вторглись мне в голову сразу вместе с болью, и я на мгновение пожалела, что снова пришла в себя. Звуки возвращались ко мне постепенно, накатывая как волны, а закрытые глаза раздражал яркий настойчивый свет. Я машинально потянулась руками к голове, надеясь, что мой череп не расколот на две части. От движения меня замутило, а по макушке словно пробежал заряд тока, и стон сорвался сам собой.

— Полежи спокойно, — раздался рядом голос Вэнди. Как же я рада была слышать ее!

С трудом мне удалось разлепить веки, но пришлось тут же зажмуриться, так как свет резанул по глазам. Постепенно привыкнув, я, хмурясь от боли, оглядела помещение. Небольшая круглая комната, вся в белом (неудивительно!), без единого предмета мебели, даже сесть было не на что, поэтому ребята устроились на полу, устало привалившись к стене. Переводя взгляд, я мысленно перечислила: Мисс, Шон, Вэнди, Ли — у него губа в кровоподтеках, и Двэйн… Он лежал рядом со мной и все еще был без сознания.

— Двэйн, — я потянулась к нему, но Вэнди меня остановила.

— Не шевелись, я о нем позабочусь. Я бы дала тебе обезболивающее, но все рюкзаки отобрали, — ее голос звучал подавленно, а у меня перед глазами вспыхивали картинки: красный свет, туман, лицо стражника, дисплей.

Я нащупала в кармане флэшку и облегченно выдохнула: хоть что-то нам удалось достать, вот только сейчас это мало имеет значения. Я смотрела как Вэнди, склонившись над старшим, легонько стучала его по щекам и звала по имени, и только одна мысль билась у меня в голове: «Все это не моя вина, не моя. Я хотела найти информацию для сопротивления. Это не моя вина». Но это было не так, и уговоры самой себя не могли отменить этого разъедающего чувства вины. Если бы я подумала, прежде чем нажать кнопку, если бы была более осторожной, как и полагается жителю Пустоши, изгнаннику, если бы я посоветовалась с Двэйном, нас не схватили бы. Да и стоит ли врать самой себе: в тот момент я не думала о сопротивлении, я думала только о моих родителях, о том, что хочу знать я… Ну почему, почему я забыла об удаленном коде? Почему я все испортила?

Двэйн зашевелился и, несмотря на недовольство Вэнди, я подползла к нему поближе. Ему тоже потребовалось время, чтобы окончательно прийти в себя, но едва он открыл глаза, как тут же невнятно пробормотал:

— Всех взяли?.. Ушли?.. Кто-то ушел?.. Время сколько?.. Где Ли?... Алиса?

— Со мной все в порядке, — выдавила я.

Медленно ему удалось сесть, он также, как и я, хватался за голову, но больше никаких травм мне не удалось заметить. Он осмотрелся:

— Значит, всех поймали?

— Как видишь, — отозвался Шон, — когда сирена завопила, все двери заблокировало, только охрана могла их открыть. Они нас сцапали быстрее, чем мы успели что-то предпринять. Вот… — далее последовал ряд самых непристойных выражений.