– Это миссис Сарриван, – выпалил он. Тошнотворный ужас нахлынул на Дру.

– Что с ней?

– Она так и не вернулась с прогулки, – мрачно сообщил Вонг.

– Проклятье! – взвыл Дру и, пришпорив коня, поскакал к дому.

«Вот она, ее новообретенная независимость!» – ворчал он, переводя дыхание. Он преподал этой женщине несколько уроков верховой езды и выживания, и она вообразила себя специалистом! Без сомнения, это их ссоры толкнули ее на безрассудную прогулку – что угодно, чтобы доказать, что ее не было дома, когда вернется нежеланный супруг. Пропади все пропадом, он должен был предупредить Тори по поводу езды в одиночку. Она может быть сейчас за сотню миль, и понадобится несколько дней на поиски, если она упала с лошади и ранена.

Дру сломя голову гнал лошадь к ранчо, чтобы убедиться, что Тори так и не вернулась за время отсутствия Вонга. Он не обнаружил и следа пропавшей супруги, но заметил записку от Калеба. Его глаза впивались в послание, более обстоятельное, чем предполагал Вонг.

– Проклятье! Почему ты не сказал мне о проблемах Калеба? – резко спросил Дру.

Опустив голову, Вонг переминался с ноги на ногу.

– Потому что вы сказари, что затруднения мистера Фремминга могут подождать, а у вас есть свои собственные, – осторожно выгораживал он себя.

Дру раздраженно поводил глазами. Вонг был золото, а не человек, но временами языковый барьер создавал трудности между ними. Сейчас был один из таких моментов. Вонг говорил по-английски значительно лучше, чем читал.

К тому же китаец не знал, что появление Гвен и Эдгара Кассиди и Хуберта Фрезье-младшего означало беду. Эти имена для него ничего не значили, ведь он не сопровождал Дру до Чикаго, когда тот умыкнул Тори с ее свадьбы. И угораздило их приехать в Вирджиния-сити именно сейчас! Скорее всего, Тори собралась в обратное путешествие. Дру вообразил, что исчезновение Тори как-то связано с посланием Калеба. Скорее всего, человек, принесший это послание, столкнулся с Тори, и она отправилась в город встретиться с матерью, отчимом и бывшим женихом. Ибо какое еще логическое объяснение можно этому найти?

Опрометчиво не обратив внимания на приготовленную чистую одежду, Дру направился в город, когда солнце опустилось на острые горные вершины. У него было неприятное предчувствие, что в гостинице Флемминга вспыхнула драка. Встреча четы Кассиди и Калеба не сулила ничего хорошего. Ситуация становилась еще более щекотливой от того, что Хуберт Каррингтон Фрезье-младший сопровождал Кассиди. Этот спесивый аристократ неминуемо придет в бешенство от того, что его невеста вышла замуж за человека, которого он в прошлом году оставил в дураках.

Дру обдумывал, как бы уладить это дело и вернуть Тори домой. Конечно, Тайрон вбил большой клин между ними, но, может быть, они с Тори смогут начать все сначала? Господи, он так надеялся на это. Мысль о том, что она уехала с Кассиди и бывшим женихом, вызывала у него тошноту.

Если бы Дру знал, что Тори не было в окрестностях Вирджиния-сити в течение последних часов, он бы перевернул все вокруг, чтобы отыскать ее. Но он не знал. И зачем только она поехала одна обозревать величественные горы…

ГЛАВА 32

Гвендолин с озабоченным видом прошествовала по коридору и забарабанила в дверь, на которую гостиничный клерк указал как на пристанище Калеба. Когда дверь распахнулась, Гвен оказалась лицом к лицу с бывшим мужем.

– Где дочь? – задала она вопрос, не утруждая себя приветствием.

– Послушай, дорогуша, до чего же приятно увидеть тебя через столько лет. – Калеб деланно улыбался, но его тон был неискренен. С недоброй ухмылкой разглядывал он свою бывшую жену. Судя по грязной одежде и морщинистому лицу, длинное и утомительное путешествие стало для нее адом. Она напомнила ему гусыню, сильно перекоптившуюся над бивачным костром. Ее еще недавно свежая кожа казалась сухой и обожженной. Надутые губы потрескались, а спутанные светлые волосы, казалось, перенесли песчаную бурю.

Выпрямившись, Гвен вскинула на Калеба упрямый подбородок.

– Не делай вид, что тебе неизвестно, зачем мы здесь, – выпалила она, плечом прокладывая себе путь через дверь, и бухнулась в любимое кресло Калеба. – Мы приехали, чтобы проводить Викторию домой. И если ты не вручишь нам ее немедленно, мы натравим на тебя криминальную полицию и ты сгниешь в тюрьме, об этом я позабочусь.

Угроза отскочила от Калеба, как горох от стены. На расстоянии выстрела вокруг не было никого, кто бы арестовал его по требованию Гвен. И хотя тюрьма существовала, никто не охранял ее. Гвен могла сама арестовать его и притащить в заключение, но хотел бы он посмотреть, как она это сделает.

– Не понимаю, о чем ты болтаешь, – повысил голос Калеб, прохаживаясь по комнате и поглядывая на лицо Гвен, обожженное солнцем, – Тори здесь нет.

Он не лгал.

В это время Хуберт отодвинул в сторону Эдгара, который предоставил Гвен возможность переговорить с Калебом с глазу на глаз. Эдгар великодушно позволил своей жене лично вести переговоры, поскольку она так захотела. В конце концов, Гвен делала это великолепно. Но Хуберт не желал оставаться в тени.