Читаем Пламя над Персеполем полностью

На это ответят дальнейшие раскопки, хотя ответ нетрудно предугадать. В пятистах с лишним ярдах от каменных стен расположены остатки насыпи, называемые Качча-Кот (Глиняный Форт) и частично проходящие по берегу ручья (рис. 22). Внешне вал — а это, конечно, вал — представляет собой груду земли, но зачистка у подножия открыла обломки степы из кирпича-сырца. Первоначальная конструкция, возможно, походила на укрепления Бордж-и Абдаллах в Беграме. Дж. Маршалл, приписывая строительство каменных стен бактрийским грекам, решил, что эта далеко вынесенная фортификационная линия отмечала в Таксиле-Сиркапе «четко выраженную окраину города». Это нонсенс. Предвосхищая результат пока не состоявшихся раскопок, можно смело предположить, что Качча-Кот — это след главных укреплений греко-бактрийского города, который занимал территорию вне пояса каменных стен и простирался к югу под северной частью позднейшей скифо-парфянской Таксилы. Южная его оконечность находилась где-то между зоной «глубоких раскопов» Маршалла и центральной траншеей, прорытой в 1944 г. Круглый холм с плоской вершиной в юго-западном углу этого участка мог быть в то время акрополем. Если так, то его тактическое значение было утеряно, когда скифо-парфянский город распространился вплоть до хребта Хатхиал, лежащего значительно выше, что, несомненно, и соблазнило скифо-парфян расширить город именно в южном направлении.

В связи с этим уместно вспомнить о двух из многих здании, расположенных за пределами укрепленной территории. Первое находится ярдах в 250 к северу от Качча-Кота; это руины, замечательного, хотя и перестроенного сооружения, очевидно храма полуклассического типа (рис. 23). Он известен под названием Джандиал и стоит на искусственной насыпи высоко над городом. Длина его составляет 158 футов. Он сложен из валунов, покрытых штукатуркой, однако южный вход сделан из обтесанного камня. В плане он повторяет традиционный греческий храм — внутреннее его пространство четко делится на пронаос или открытый спереди портик, наос[29], то есть святилище, и за ним опистодомос[30], помещение, открывающееся в противоположный (задний) портик. Но две особенности отличают его от классического прототипа: перистиль (колоннада, окружающая храм) заменен здесь стеной с большими оконными проемами, а между святилищем и опистодомосом уложена массивная, на глубоком фундаменте, каменная платформа с широкими ступенями, ведущими на нее. Платформа эта предназначалась для какой-то тяжелой надстройки. С внешней, южной стороны две ионические колонны в антах[31] держали над широким проемов архитрав[32], а пара таких же колонн и две пилястры обрамляли вход в пронаос.

Несмотря на почти классический облик и великолепно сработанные ионические колонны, к сожалению сохранившиеся во фрагментах, здание это можно считать единственным в своем роде. Внутри не обнаружено никаких следов культовой статуи или чего-нибудь подобного. Следовательно, храм вряд ли мог быть индуистским, буддийским или джайнистским. По вполне основательной догадке Дж. Маршалла, каменная платформа была подножием сорокафутовой башни, на вершине которой пылал священный огонь. Возможно также, что оттуда возносили молитвы солнцу и луне. В таком случае храм этот связан с культом огнепоклонников или с зороастризмом. Но, вероятно, здесь могли совершаться обряды и каких-нибудь иных восточных религий той эпохи. Археологические находки не указывают точной даты постройки храма Джандиал. Маршалл иногда говорит, что храм «был воздвигнут в правление бактрийских греков» (т. е. между 180 и 80 гг. до н. э.), иногда же, что он относится ко времени скифо-парфян (I в. до н. э. — I в. н. э.). Однако когда бы его ни построили, очевидно, что архитектор был хорошо знаком с греко-бактрийским зодчеством, а каменщики, тесавшие капители и базы колонн, безупречно владели своим ремеслом. Между прочим, колонны здесь устанавливали по классической методе — барабаны опускали один на другой, вращая их вокруг оси, чем достигалось соединение точное и плотное, впритирку.

На расстоянии одной мили к юго-западу от Джандиала, ярдах в 500 на запад от Сиркапа и несколько севернее деревушки Мохра Малиаран, находится другое примечательное здание, обнаруженное раскопками еще до 1873 г. Это, как полагали, буддийская культовая постройка. Она имела шесть колонн, от которых уцелели песчаниковые базы аттического типа и несколько фрагментов ионических капителей довольно грубой работы. Одна из капителей, источенная временем и непогодой, и три базы стоят теперь перед Лахорским музеем. Здание, часть которого они составляли, можно предположительно датировать по заложенным в его фундамент «двенадцати большим медным монетам Азеса» второй половиной I в. до н. э. Наряду с колоннами Джандиала эти фрагменты являются единственным примером ионического ордера как в Северо-Западной Индии, так и в древней Бактрии, где в качестве западного образца использовали обычно коринфскую капитель.