Читаем Пламя Десяти полностью

Дамиан Деванширский. Андрей просто не мог поверить своим глазам. Последний император Рианской империи и его самый известный и ближайший предок из лиделиума стоял рядом с Константином и смотрел с изображения, держа в руке бокал и широко улыбаясь, так, будто находился в компании ближайших друзей. Его поза была расслабленной и немного небрежной, будто за несколько минут до этого его вытащили из-за стола специально для фотографии. Константин казнил его ровно через два года на Бастефорской площади вместе с женой и другими членами семьи. Он применил к ним самые чудовищные пытки даже по меркам лиделиума – отдал на растерзание толпе после того, как сам замучил их до полусмерти. Константин сделал это даже с детьми Дамиана – двумя из трех. Он не знал, что самого младшего, новорожденного сына, Деванширский успел спрятать в последний момент. Единственного выжившего ребенка Дамиана звали Кристофер, и он приходился Андрею прапрадедом по материнской линии.

– Как это возможно? – прошептал Андрей. – Это явно закрытый прием, и он точно не напоминает деловые переговоры. Разве Константин и Дамиан водили дружбу?

– С-судя п-по фотографиям, они н-е просто бы-были знакомы, – заметил Марк, одну за другой пролистывая фотографии, где Диспенсер с Деванширским позировали с другими гостями, – по-похоже, это не о-обычный ужин. Па-апка с этими ф-фотографиями называется Kal’den, я из-зучил, в переводе с древнеар-рианского это…

– Новый свет. С древнеарианского Kal’den переводится как «новый свет».

– Ве-верно, – кивнул Марк, озадаченно потерев лоб. – Но я не зна-наю, что эт-то может значить…

Андрей взволнованно посмотрел на Марка.

– Это единственная папка с таким названием в вашем архиве?

– Их не-несколько, с ра-разными датами. Но н-на всех од-дни и те же л-люди. П-просто в ра-разные дни. И по-похоже, все о-они были сделаны в ре-резиденции Диспенсеров.

– Новый свет, – пробормотал Андрей, откинувшись спиной на подушки и потерев глаза. – Что это может значить? Это похоже на название. Может, название какого-то закрытого общества…

Марк удивленно округлил глаза.

– По ти-ипу «Бе-белого георгина», куда меч-чтает войти П-питер? Ма-масонская ложа?

– Не думаю, – слабо улыбнулся Андрей. – Если честно, я все еще не уверен, что «Белый георгин» существует. Но «Новый свет»… Все это точно не просто так. Крамеры, Деванширские, Антеро, Далми… – Он вновь подался вперед и стал быстро перелистывать фотографии одну за другой. – Как зовут остальных и, главное, кто из них выжил во Вселенской войне?

– Никто. В т-том-то все и де-дело, – тихо ответил Марк. – Из те-ех, кто на ф-фото, никого не ос-сталось в жи-живых. С на-началом Все-вселенской войны Константин у-убил их всех. – Когда Андрей поднял на него глаза, полные невысказанного ужаса, он едва заметно передернул плечами и, смахнув в сторону еще несколько изображений, остановился на общей фотографии, где были собраны все двенадцать человек. Он начал перечислять с левого конца: – Занаида и Са-амуэль Антеро, Р-родерик Далми, Зофья и Лю-людвиг Кастелли, Наг-гиль Крамер, Дамиан и Ребекка Де-еванширские, Дарья Ла-ландерс, Уильям Фа-фарицкий, сам К-константин и Анна Понт-тешен. В-все за и-исключением Константина п-погибли во время В-вселенской во‑войны, – закончил Марк.

Одним движением руки Андрей смахнул все изображения и приблизил общую фотографию. Он подвинул ее в сторону, еще больше увеличивая левую часть – там, где рядом с Константином, в самом углу стояла девушка, которую он уже видел раньше. Анна Понтешен – последняя известная наследница одной из самых богатых и влиятельных династий в мире. Он начал искать о ней информацию с тех пор, как о ее связи с Константином упомянул Питер. Если Андрей не ошибался, здесь Анне было около двадцати лет. Константин заинтересовался ею, едва она вышла в свет. К моменту, как была сделана эта фотография, ради Анны он оставил жену и двоих детей, а потом… зверски убил ее и всю ее семью.

Андрей приближал изображение до тех пор, пока оно не стало вполовину его роста, и, кажется, на какое-то время даже перестал дышать. Он не понимал нескольких вещей. Во-первых, как от столь сильной любви можно прийти к такой ярой, безумной ненависти. Во-вторых, почему об Анне Понтешен в галактической сети было так мало информации. Все те жалкие крохи сведений, что ему удалось раздобыть, он нашел либо в архивах Брея, либо в данных, которыми поделился с ним Питер. Даже о ее любовной связи с кузеном Вениамином Нозерфилдом Андрей нашел крайне мало упоминаний, а ведь именно это и стало одной из главных причин безумия Константина. В-третьих, Андрей никак не мог понять – почему Анна? Что в ней было такого особенного помимо наследства и имени, что ради нее Константин поступился диспенсеровским честолюбием и оставил свою прежнюю семью? Хотя чем больше Андрей смотрел на ее фотографии, тем больше начинал понимать…