Читаем Пламя Десяти полностью

– Запихнешь мой язык мне же в зад? – предположил парень. – Ты становишься предсказуемой.

Незнакомка с цветными волосами усмехнулась. Мэкки что-то неодобрительно промычала в ответ.

– Что, и у тебя плохой денек?

До меня не сразу дошло, кому был адресован этот вопрос. Довольно прищурившись, Филипп смотрел в мою сторону с нескрываемым интересом и явно ожидал ответа. Да, он определенно обращался ко мне. Мэкки уплетала обед за обе щеки, а ее соседка с цветными волосами уныло ковырялась в тарелке.

– Ты, должно быть, тут новенькая, – не дожидаясь ответа, продолжил он, проведя рукой по гладко выбритой голове. – С Иранты? Твой корабль приземлился около часа назад?

Филипп спрашивал меня, хотя наверняка знал ответ. В отличие от Мэкки и ее молчаливой соседки он сделал первый шаг, чтобы завязать разговор.

– Лаура Гааль, – чуть склонившись вперед и прижавшись к краю стола рядом с Мэкки, я приветливо протянула ему руку.

Усмехнувшись, Филипп не ответил на рукопожатие. Для этого ему бы пришлось привстать и подать мне руку, перегнувшись через весь стол. Вместо этого он чуть оттолкнулся от края столешницы, и я увидела, что, в отличие от других, он сидел не на общей скамейке, а в инвалидном кресле. Оно висело в воздухе в нескольких сантиметрах над полом.

– Филипп Адонго, – весело сообщил он, когда я растерянно опустила руку, и слегка кивнул в сторону незнакомки с цветными волосами. – Это Калиста Чавес. А с Макридой, как я понимаю, вы уже успели поболтать…

Мэкки резко выпрямилась и гневно посмотрела на Филиппа.

– Назовешь меня еще раз так – и я…

– Запихну твой язык тебе в зад, – хором закончили Филипп и Калиста. Заметив мою сжатую улыбку, Филипп слегка подмигнул.

– Мэкки не очень любит свое полное имя… – заговорщически шепнул он.

– Она считает, что оно звучит как название лекарства от диареи, – добавила Калиста.

Мэкки громко уронила ложку в суп.

– Зови меня просто Кали, – обернулась ко мне Калиста. – Садись, тут есть местечко, а ты наверняка голодна.

– Значит, ты с Иранты… – задумчиво протянул Филипп, когда я опустилась на сиденье рядом. – Говорят, прескверное местечко… Иранта самая бедная планета в Налаатской системе. Чья это юрисдикция… Кастелли, кажется?

Он придвинул ко мне неизвестно откуда взявшуюся тарелку с мясным жарким, и я едва не разрыдалась от благодарности. Скорее всего, он щедро поделился своей порцией.

– Верно, – промычала я, набросившись на еду.

– Можно нескромный вопрос, Лаура Гааль?

– Только если он не касается моего лица.

Филипп разочарованно поджал губы.

– Вопрос отпал, – вздохнул он.

– Попытка была неплохой, – отметила Мэкки.

Филипп отмахнулся.

– Не вижу ничего плохого в секретах! – воодушевленно воскликнул он. – Обожаю разгадывать тайны.

Повернувшись ко мне, он хитро прищурился. Несмотря на всю добродушность улыбки, его взгляд казался на удивление острым.

– И не надейся, что мы не вытянем из тебя историю. Всем, кто попадает сюда, рано или поздно приходится вскрывать карты.

– В душе Филипп мнит себя великим детективом, – хмуро пояснила Мэкки, закатив глаза, – пока не оближет все косточки твоего скелета в шкафу, не отстанет.

– Советую расходовать секреты порционно, – поддержала Калиста. – Не выбалтывай все сразу и требуй оплаты. В конце концов любопытство его сгрызет и он будет готов на любую цену. Я серьезно, ты сможешь даже очень неплохо заработать.

Филипп возмущенно шикнул на Кали, и я удивленно приподняла брови.

– Хочешь сказать, знаешь все обо всех? – я осмотрела переполненный зал. – Сколько беженцев на этой базе?

– Около двадцати тысяч, – помогла Кали. – Не удивлюсь, если на каждого из них Филипп ведет персональное досье.

Двадцать тысяч – мысленно смекнула я. Негусто даже для такого захолустья, как Тальяс. Бросив мимолетный взгляд на Кали, Филипп лишь сокрушенно опустил плечи.

– Боль в том, что все они до ужаса банальны. Действительно увлекательные истории так же редки, как и достойная говядина в этой жиже. – Я застыла с ложкой во рту, когда Филипп с опаской покосился на мое жаркое. – Если бы хорошего мяса и людей с интересными историями было хоть вполовину столько же, сколько бестолочей в этом зале, я бы был счастливцем.

Мэкки выгнула бровь.

– Если бы хорошего мяса было хоть вполовину столько же, сколько бестолочей в этом зале, ты бы лопнул.

– Да, – тут же подхватила Кали, – только не надо делать вид, будто ты не умял две порции перед тем, как благодушно пожертвовал Лауре третью.

Филипп громко хлопнул рукой по столу.

– Опять позорите меня перед новичками!

– Ты опозорил себя, когда в третий раз проиграл нам пари, так и не разговорив Майю, – ехидно скривилась Кали.

– Что за Майя? – осторожно уточнила я.

Слегка кивнув в сторону бледной девушки с длинными каштановыми волосами, что сидела за соседним столиком, Кали едва заметно, словно от холода, передернула плечами.

– Новенькая. Прибыла, как и ты, пару недель назад и, кажется, с того самого момента то и дело забивается куда-нибудь в угол и молчит как рыба. Филипп пытался поговорить с ней трижды, но едва вытянул одно-единственное имя. Очень странная… особа.