Читаем Питер. Война полностью

Тупичок. Тут его походка сломалась. Словно Убера подменили. Из здоровенного засранца скинхеда вдруг вынули стальной стержень. Он медленно прошел несколько шагов и согнулся, держась рукой за стену. Бледное лицо в каплях холодного пота, словно у наркомана. Под глазами темные круги. Больно.

Он упал на колени, вздохнул, мучительно закашлялся… И тут его вырвало.

Кровью. Опять кровью. «Черт».

«Эх, Герда. Золотая моя».

– Убер! – Комар подбежал, хотел помочь ему встать. Убер оттолкнул его – почти с ненавистью. Комар поморщился от боли в плече.

– Ты… чего?

– Нет, – хрипло сказал Убер. – Я сам. Прости, брат.

– Что с тобой?

– Подарок от серого приятеля. Немного отравленного питерского тумана… И от восторга запотели противогазы у ребят… Только вот у меня противогаза не было.

Комар вздрогнул.

– Лучевая?!

Скинхед усмехнулся. На треснувших губах кровь. Глаза измученные.

– Ничего, брат… прорвемся. Только Герде ничего не говори.

– Но…

Убер растянул губы в жутковатой улыбке.

– А то она меня спасать кинется. И убьет на это всю свою жизнь. Я знаю такой тип женщин.

– Герда – не такая.

– Как раз такая. Одна-единственная.

* * *

Герда раздала тарелки. На Убера она демонстративно не смотрела. Скинхед смущенно чесал затылок и пытался не смотреть на Герду.

Таджик традиционно молчал.

Вернулся Комар, ему протянули его долю. Он сразу же запихал в себя половину пайки и, жуя, начал рассказывать новости.

Все странно. Война продолжается. Десант на Электросилу удалось отбить, но с большими потерями. Дыбенко отрезано от метро, говорят, сейчас веганцы атакуют наркошей, чтобы возобновить поставки грибов. Мол, без грибов у них войска отказываются идти в атаку.

Циркачи на Электросиле вырезали десантников Вегана как сосунков, теперь из них делают особый спецназ, чтобы отправить имперцам в тыл.

С Площади Ленина эвакуировали военных врачей, а саму станцию затопили… Еще слухи. Обухово в тылу Вегана в пламени восстания. Рабы дерутся насмерть. Рабов уже разбили. Рабов там нет, одни подземные монстры. Веганцы вывели новых тварей и собираются запустить их в метро, чтобы уничтожать людей. Веганцы использовали отравляющие газы против моряков. Нет, это моряки со Чкаловской пустили фосген против веганцев и теперь готовят атомную бомбу, чтобы уничтожить императора раз и навсегда…

На поверхности идет война диггерских команд – с переменным успехом. Говорят, на днях без вести пропала команда «красных сталкеров».

Что известно точно. Под землей Веган пока удается сдержать. Позиции удерживаются крепко, все время приходят подкрепления. Это правда.

– Все метро ненавидит Веган. Все хотят сражаться с ними, – говорил Комар.

Убер подцепил ложкой кусок тушенки и закинул в рот. Он почти не слушал товарища, погруженный в свои мысли. Выхватывал только отдельные слова.

– …боевые пидарасы, – закончил фразу Комар. – Представляете?

Убер выпрямился, едва не выронив изо рта кусок мяса. Закашлялся. На глазах выступили слезы.

– Чего-о?!

– Кастраты с Пионерской прислали отряд добровольцев для борьбы с Веганом. Сводный боевой хор имени Ахиллеса Мирмидонского.

– Ты стебешься сейчас? – с надеждой спросил Убер.

– Н-нет.

Убер замолчал.

– Не думал, что когда-нибудь доживу до такого. Настоящие боевые пидарасы! Это ж надо. На это точно стоит взглянуть. Пошли, Комар, – он отставил в сторону тарелку.

– Куда?

– К пидарасам, само собой, – Убер поднялся. – Помни, ты прикрываешь мою задницу, а я твою…

Герда с Таджиком захихикали. Лицо Комара вытянулось.

– Черт! – скинхед почесал лоб. – Как-то слишком многозначительно прозвучало. Но мы с тобой, настоящие гетеросексуальные мужики, выше каких-то пидаристических намеков. Поэтому помни: я всегда у тебя за спиной.

Невозмутимый обычно Таджик уже лежал от смеха. Герда сдавленно всхлипнула, словно ее придушили. Комар завопил:

– Убер!!

– Чего?

– Заткнись, я тебя прошу!

Вместе с Комаром они прошли на Сенную. Тут людей стало как в старые времена до Катастрофы, плюнуть некуда. Убер плечом своротил с дороги пару военных. После обмена взглядами стороны разошлись. Скинхед почесал затылок.

– Ну, где там твои кастраты? Показывай.

Комар мотнул головой:

– Вон их командир стоит. Марио зовут.

Там стоял высокий, костистый человек с удивительно гладким лицом. На нем была длинная серая шинель. Он что-то объяснял солдатам, отдавал приказы, слушал доклады. Скинхед прищурился, хмыкнул.

– Дай угадаю… Марио Ланца?

– Ага. А ты откуда знаешь?

Убер передернулся.

– Да как-то спели дуэтом. Пока он остальной хор не позвал. И тут я понял, что «ля» верхней октавы мне не взять… уебут!

– Полундра, – согласился Комар.

Убер посмотрел на него искоса.

– Юный падаван, ты сейчас издеваешься над мастером Йодой?

– Кто такой Йода?

– Мудрый маленький зеленый джедай…

– Мутант?

– Ай, забудь! – Убер в сердцах махнул рукой. – Дикое поколение. Пошли, поболтаем.

* * *

– Гнев, о, богиня, воспой Ахиллеса, Пелеева сына! – заговорил Убер речитативом. Получалось красиво. Звучный высокий голос, сильный, с легкой хрипотцой. – Что сих кастратов привел он на гибель веганцам!