Помню, как в темном прошлом на Арбате увидел плакат «УПОРНЫМ ТРУДОМ ОТВЕТИМ НА ЗАБОТУ ПАРТИИ». Мимо него за год прошел, быть может, миллион людей. Не знаю никого, кто, поглядев, захотел бы трудиться. Но из тех, кто шел рядом, некоторые, взглянув, пробормотали сквозь зубы известный короткий русский адрес. А потом, конечно, привыкли, перестали замечать.

Много висело плакатов. «Наша цель – коммунизм», «Слава КПСС!»… Оттянули они развал СССР или ускорили его?

…Вот я так и знал, что вы не поверите, будто это письмо позитивное, а ведь уже скоро.

Если бы в нашей стране вопросы действительно решались голосованием (большинством голосов), то очень многое было бы не так. Согласны?

Вы, Владимир Владимирович, лучшее доказательство того, что вопросы у нас решаются не большинством, а абсолютным меньшинством – одним человеком (потому что меньше одного не бывает).

Вспомните, сколько народу кричало об угрозе Байкалу изза нефтепровода, и хоть бы что. А вы сказали – и в ту же секунду труба не то что отодвинулась, а с перепугу прямо-таки отскочила от Байкала на сотню километров. Байкал спасло не голосование, а лично вы, и весь мир вам аплодировал.

А теперь у нас (у вас) под самым боком (в Химках) начинают вырубать чуть ли не последние подмосковные леса. Это не угроза, это гарантированное уничтожение.

Севернее Химок – ради новой трассы Москва – Питер. Но не сорок метров, а больше километра в ширину – чтобы вдоль новой трассы были выгодные торговые места и заправки. А южнее – ради того, чтобы, выезжая из Куркина, машины на три минуты раньше уперлись в пробку на МКАДе.

Леса эти – народные, то есть ничьи, то есть никто их пока не смог приватизировать. А то, конечно, никакие трассы им бы не грозили.

Если бы вопрос решался голосованием, то десять миллионов москвичей против десятка «бизнесменов»… Да их бы, может, даже арестовали за одно лишь преступное намерение.

Но решаете вы один. Скажите им, чтобы трассы проложили по свалкам и помойкам, по старым дорогам. Одно слово: «Отодвиньте» – и все получится. Вы же тоже кислородом дышите, вы же не в скафандре на работу ходите. А уж как вам будут благодарны и лоси, и кабаны, и люди! Еще больше, чем за Медведева.

Должок за вами

15 февраля 2008

Владимир Владимирович, времени на добрые дела осталось так мало[22], что сразу перехожу к сути. Надо срочно изменить один закон – несправедливый, обидный и жлобский.

Нет сомнений, вы можете это сделать. Есть только одно препятствие: вдруг до вас не дойдет это письмо. А точнее – дойдет с искажениями. Опасение не напрасное. Письма эти по пути к вам искажаются до неузнаваемости. На днях я написал, как было бы хорошо, если бы вы спасли от вырубки подмосковные леса. А вы простили долг Ираку – 12 миллиардов долларов. Это совсем не то. Просто ничего общего.

Теперь – о плохом законе. Он противоречит Конституции. И вы как президент и гарант должны (неприятное слово) его изменить. А как лидер правящей партии можете приказать своим депутатам в Думе принять (исправить) любой закон. А потом (уже как премьер-министр) сами же добьетесь исполнения.

Плохой закон касается всех граждан России – и пенсионеров, и тех, которые в будущем станут пенсионерами (если доживут до пенсионного возраста). Закон называется «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Минувшим летом я пришел в Пенсионный фонд, чтобы оформить пенсию. Пришел на год позже, чем полагается, но был уверен, что пенсию мне и за пропущенный год отдадут – ведь я же ее заработал.

А мне говорят:

– Нет, будете получать «с момента обращения».

– А в Конституции написано «по возрасту» – то есть с того дня, как мне исполнилось шестьдесят.

– У вас Конституция, а у нас Федеральный закон. Вот смотрите, статья 19: «Моментом назначения пенсии является дата обращения гражданина в Пенсионный фонд».

– А если я болел?

– Нас не касается.

– А если я год торчал в подводной лодке под Северным полюсом или был разведчиком-нелегалом в чужой стране, вот только что усы отклеил?

– Не мешайте работать. Следующий!

Пенсию, Владимир Владимирович, мне назначили «с момента обращения». Согласитесь, это неправильно. Если я зарплату вовремя не получил, она же не пропадает. Хоть год спустя приходи – она тебя ждет на депоненте. А если зарплату дают через банк – значит, она тебя ждет на карточке (суй ее в банкомат хоть ночью).

И еще (чтобы у вас не было иллюзий): «с момента обращения» вовсе не означает, что пенсию вам начнут платить с момента обращения. Звучит глупо, но это так. Ихний «момент» наступает не тогда, когда человек пришел, а тогда, когда ему удастся собрать все справки, все бумажки – и чтобы все штампы, все печати, все запятые были «как положено». И некоторых гоняют по десять раз. Особенно трудно тем, кто добывает справки из другого города, где когда-то раньше работал; и тем, у кого предприятие переименовалось, а хуже того – исчезло (разорилось, например).

И чем беднее человек, тем хуже он умеет добывать справки. У некоторых уходят месяцы. А если вдобавок они больны и одиноки… Ну, не будем нагнетать.