Читаем Пираты полностью

1 марта корабли экспедиции появились на траверзе порта Кап-Франсуа. Из беседы с местным управляющим Дононом де Галифе барон понял, что губернатору Сен-Доменга удалось собрать для участия в походе лишь 400 флибустьеров. Пораженный услышанным, Пуанти с частью своей эскадры отправился в Кюль-де-Сак, куда и прибыл через несколько дней. Едва Дюкасс поднялся на борт «Скептра», как в его адрес посыпались обвинения в неисполнительности и халатном отношении к выполнению королевских инструкций.

— Если вы не дадите мне полторы тысячи человек, — заявил барон губернатору, — я вынужден буду отказаться от задуманного предприятия, вернуться во Францию и рассказать обо всем королю.

— Полученные мною инструкции позволяли мне рекрутировать такое количество людей, которое не привело бы к ослаблению обороны колонии, — парировал Дюкасс, — к тому же вы опоздали на полмесяца, а флибустьеры не те люди, которых можно держать в бездействии длительное время.

Конфликт между бароном и жителями Сен-Доменга обострился после того, как офицер с флагманского корабля, несший караульную службу в городе, арестовал и бросил в казематы форта какого-то флибустьера-дебошира. Друзья задержанного собрались у ворот форта и, размахивая оружием, стали требовать его освобождения. На приказ разойтись они отреагировали потоком угроз, и офицер велел своим солдатам стрелять в толпу. Грянули выстрелы из мушкетов, и три человека упали замертво. Взбешенные подобными действиями солдат, участники сборища решили взять форт штурмом и захватить офицера, отдавшего приказ открыть огонь.

Дюкасс предупредил барона, что ситуация выходит из-под контроля и угрожает непредсказуемыми последствиями. Пуанти выскочил из своей резиденции и помчался к воротам форта «наводить порядок». Однако его появление вызвало еще большее озлобление флибустьеров. Лишь благодаря своевременному вмешательству Дюкасса, которого пираты не только уважали, но и считали «своим парнем», страсти удалось погасить. Позже барон уверял, что он заставил флибустьеров присоединиться к экспедиции под угрозой уничтожения их судов и конфискации накопленного ими имущества. Вряд ли это соответствовало действительности. Скорее всего, на морских разбойников и колонистов благоприятное впечатление произвело обещание Пуанти выделить их в особый контингент, во главе которого был поставлен Дюкасс.

Контингент Сен-Доменга состоял из четырех отрядов: флибустьеров — а их было не менее 650 человек — возглавил майор Ле Паж; 170 солдат были переданы под командование месье де Бомон-Колона; под началом Галифе оказалось 110 волонтеров-колонистов, а капитан гарнизона Сен-Доменга Жан-Жозеф дю Пати получил под свое командование 180 негров. Все они разместились на борту 7 фрегатов и 4 судов меньших размеров. Дюкасс шел на собственном 40-пушечном фрегате «Поншартрэн».

Шарлевуа приводит названия 7 флибустьерских фрегатов и имена их капитанов: «Этими фрегатами были «Серпан», возглавляемый тем храбрым Годфруа, который был захвачен четырьмя годами ранее испанцами и которого месье Дюкасс считал уже погибшим; «Серф воланом» командовал капитан Пьер; «Грасьёзой» — Блу; «Пемброком» — Гал; «Мутэном» — Пэ; «Джерси» — Макари; «Англуа» — Котюи. Историк флибустьеров (Эксквемелин издания 1699 года. — Авт.) добавляет к этому еще и бригантину под командованием Саля…»

Под флагом Пуанти находились линейные корабли «Скептр», «Сен-Луи», «Фор», «Фурьё», «Вермандуа», «Аполлон» и «Сен-Мишель». За ними следовали фрегаты «Крист», «Мутэн», «Авенан», «Марэн»; корветы «Сен-Луи» и «Дорад»; бомбардирский галиот «Эклатан»; бригантина «Провидан»; флейты «Дьепп» (или «Дьеппуа») и «Виль д’Амстердам» и четыре транспорта.

Точное число людей, прибывших с бароном в Вест-Индию, не установлено. Шарлевуа приводит такие цифры: 110 офицеров, 55 гардемаринов, 2100 моряков, 1750 солдат, то есть всего 4015 человек. Если учесть, что контингент Сен-Доменга насчитывал 1100 человек, то общее количество участников экспедиции превышало 5 тысяч человек. Сухопутные силы были разделены на шесть батальонов. Батальон из 150 гренадеров находился под командованием полковника Ла Роша. В остальных пяти батальонах находилось по 300 пехотинцев; ими командовали шевалье де Мароль, Ла Шено, де Брем, Симон и Пидмон (Фимон). Отдельным подразделением был батальон Сен-Доменга, которым командовал Бомон-Колон.

Хотя Пуанти и рассчитывал на большее, в целом, находившихся под его командованием сил было достаточно для осуществления намеченной акции.

Перейти на страницу:

Все книги серии Загадки истории

1905 год. Прелюдия катастрофы
1905 год. Прелюдия катастрофы

История революции 1905 года — лучшая прививка против модных нынче конспирологических теорий. Проще всего все случившееся тогда в России в очередной раз объявить результатом заговоров западных разведок и масонов. Но при ближайшем рассмотрении картина складывается совершенно иная. В России конца XIX — начала XX века власть плодила недовольных с каким-то патологическим упорством. Беспрерывно бунтовали рабочие и крестьяне; беспредельничали революционеры; разномастные террористы, черносотенцы и откровенные уголовники стремились любыми способами свергнуть царя. Ничего толкового для защиты монархии не смогли предпринять и многочисленные «истинно русские люди», а власть перед лицом этого великого потрясения оказалась совершенно беспомощной.В задачу этой книги не входит разбирательство, кто «хороший», а кто «плохой». Слишком уж всё было неоднозначно. Алексей Щербаков только пытается выяснить, могла ли эта революция не произойти и что стало бы с Россией в случае ее победы?

Алексей Юрьевич Щербаков , А. Щербаков , А. Щербаков

Публицистика / История / Политика / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
100 знаменитых тиранов
100 знаменитых тиранов

Слово «тиран» возникло на заре истории и, как считают ученые, имеет лидийское или фригийское происхождение. В переводе оно означает «повелитель». По прошествии веков это понятие приобрело очень широкое звучание и в наши дни чаще всего используется в переносном значении и подразумевает правление, основанное на деспотизме, а тиранами именуют правителей, власть которых основана на произволе и насилии, а также жестоких, властных людей, мучителей.Среди героев этой книги много государственных и политических деятелей. О них рассказывается в разделах «Тираны-реформаторы» и «Тираны «просвещенные» и «великодушные»». Учитывая, что многие служители религии оказывали огромное влияние на мировую политику и политику отдельных государств, им посвящен самостоятельный раздел «Узурпаторы Божественного замысла». И, наконец, раздел «Провинциальные тираны» повествует об исторических личностях, масштабы деятельности которых были ограничены небольшими территориями, но которые погубили множество людей в силу неограниченности своей тиранической власти.

Валентина Валентиновна Мирошникова , Наталья Владимировна Вукина , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары / Документальное