Они представились, по очереди пожимая руку. У Никиты загорелись глаза, когда он услышал имена: Бор, Гиро, Дрон. Даже сердце забилось чаще. Как ему хотелось быть в этом отряде! Никита рассказал, как побывал на презентации, как добрался сюда, что делал все это время, показал, примерно, где находится единственный дом во всей округе, в котором он поселился. Со слов Никиты, ребята узнали, что дядька, хозяин дома, очень странный, редко бывает на месте, все время куда-то надолго исчезает, хозяйством не занимается, и что к нему еще ни разу никто не заезжал.

- Да, чудно все это, - говорил Никита, - обычно, одинокие люди всегда разговорчивые, расспрашивают про все, а этот молчит. И вид у него недружелюбный, но выбирать не приходится. Спасибо, что приютил.

- Ловко ты с зеркалом, - сказал Дрон, - айтишник что ли?

- Да, разбираюсь немного. В основном, пишу ПО. Нравится. – Никита, чуть смущаясь, улыбнулся.

- «Пишу ПО»! Дайте-ка подумать! ПО – это песни орков, письма овцам? – снова раздался насмешливый голос.

- Бор! Не умничай!

- Да я ничего! - продолжал тот, - пытаюсь понять, что такое ПО в данном контексте: почтовое отделение, пост охраны, пищевые отходы?

- Бор! Скажи спасибо, что все обошлось! - Гиро попытался осадить его. - Никита, ну, ты не обращай на него внимания, вообще-то он нормальный, это у него стиль общения такой.

- Я программы пишу…

- Да поняли мы. Хакеришь понемногу? - с хитринкой спросил Дрон.

- Бывает. Но я не взломщик, я этичный хакер. Можно сказать, я в сообществе «white hat».

- А! Белая шляпа! Типа честный взломщик? Слышал. – кивая, сказал Дрон.

- Стремлюсь. Выявляю слабые места в программе, поправляю, дорабатываю. Но это я так, больше для себя, мы с пацанами во дворе организовали свою команду, у нас …

- Извини. Нам пора, - Гиро не дал договорить Никите, – скоро отбой.

- Понятно, режим. - растягивая слова, чуть смущенно улыбаясь, проговорил Никита. - Слушайте! - обратился он к своим новым знакомым, - Мне очень нужно встретиться с профессором Николаевым, поможете?

- Договорились. – заверил Гиро.

Никита с ребятами опять проделали все эти манипуляции. Через несколько минут курсанты были уже на территории базы.

Ложась спать, Гиро сказал:

- Вот бы нам такого парня в команду.

Дрон одобрительно кивнул. Бор промолчал.

Глава 4

Утро началось в обычном режиме, как и всегда: разминка, завтрак, учеба. Если физическая подготовка парней была приблизительно на одном уровне, то в науках все было не так просто. Здесь были «клубы» по интересам. Гиро – математик. Задания по этому предмету ему давали всегда индивидуально. Когда он погружался в свои формулы, это было для него лучшим временем. Нерешенных задач не было. Что касалось других наук, то они были просто на приличном уровне.

Все мужчины в семье Дрона были технари. Поэтому профессия - инженер космического бортового оборудования – логически обоснованное завершение всех раздумий о его будущем. У парня было какое-то чутье, особое понимание техники. Его любимые предметы - физика, прикладная механика.

Бор обладал разносторонними знаниями. Память была великолепной. Он мог выдать безошибочно наизусть несколько страниц технического текста. Он всегда знал, что будет инженером-конструктором и спроектирует принципиально новый двигатель для космической ракеты. Поэтому - физика, начертательная геометрия, сопромат, теоретическая механика – его науки.

Среди девчонок выделялась Галая. Она была очень серьезной, почти строгой, и голос у нее был немного низковатым, не по-девичьи твердым, как будто с холодком. Но все равно, с ней было очень интересно, она активно включалась во все дела, и все знали, если Галая что-то задумала, то успешный финал этому обеспечен. В её семье все были либо химиками, либо медиками, что и определило ее наклонности.

Увлечение смешливой Ариш – астрономия. Для этой, всегда активной и неунывающей девчонки, все началось с экскурсии на самый большой телескоп, расположенный в Архызе. В тот день она увидела чудо - Большую Туманность Ориона. Восторг перерос в увлечение, а увлечение стало мечтой. Она захотела побывать в космосе и рассмотреть все поближе.

А рыженькая Лири, как только поняла, что не быть ей примой на главной сцене, не сникла, а больше стала тратить времени на еще одно свое увлечение – космическую биологию. Было непонятно, как уживались в ней такие разные наклонности?