Читаем Пьесы. Статьи полностью

«Павлиньи перья» — роман социально-публицистический. В ответ на упреки некоторых критиков в том, что в нем недостает психологической характеристики персонажей, Кручковский говорил о своем намерении написать роман «не о людях, а о проблемах». Этим объясняется отказ от главного героя, каким был в «Кордиане и хаме» Казимеж Дечиньский, в пользу «героя-массы». Конструкция основного конфликта уже не связана с индивидуальной судьбой главного героя. В драматическом столкновении бедняков и кулаков (именно так определял характер центрального конфликта сам писатель в одном из интервью) участвует много героев, образующих богатую галерею разнообразных типов — представителей разных социальных сил деревни. Интерес писателя к «герою-массе» был несомненно связан и с поисками левой польской критикой в тридцатые годы специфических для социалистической литературы принципов изображения действительности. По мнению видного критика того времени Ст. Бачиньского, новая, социалистическая литература «вместо концентрического расположения содержания вокруг центральной личности выдвигает коллектив, класс. Личность имеет значение постольку, поскольку она представляет класс, то есть в сфере своих общественных переживаний и функций». Ориентация писателя на массового героя привела к композиционной распыленности романа, ослабила выразительность конфликта. Но тем явственнее проступили другие художественные достоинства романа. Важным элементом его структуры являются сцены-дискуссии, драматически напряженные диалоги, приближающие роман к сценическим видам искусства. Эти свойства таланта писателя предвещали и его обращение к драме.

Первое выступление Кручковского в роли драматурга состоялось в 1935 году. В этом году варшавский театр «Комедия» поставил сценический вариант «Кордиана и хама». Пьеса, как и роман, была встречена с энтузиазмом прогрессивной общественностью. Спектакли театра сопровождались антиправительственными манифестациями, по вечерам возле театра «на всякий случай» дежурили полицейские фургоны. Стремясь снять пьесу со сцены, власти решили вообще закрыть театр под предлогом задолженности администрацией театра арендной платы за помещение. Тогда после очередного представления «Кордиана и хама» все актеры отказались покинуть здание театра. «Оккупационная» забастовка продолжалась почти неделю и кончилась временной победой бастующих. Первый же спектакль «Кордиана и хама» после забастовки театр дал бесплатно для безработных Варшавы. Вскоре после этого он был все же закрыт. «Пожалуй, редко встречаются в театре случаи такого наглядного, такого ощутимого слияния «репертуарной позиции» и сценических ролей с личной судьбой актеров, сходство или даже тождество художественного переживания с «жизненным», — писал Кручковский об этом эпизоде своей биографии в воспоминаниях «О театрах двадцатилетия».

В 1937 году краковские городские власти не допустили постановки пьесы в Театре имени Ю. Словацкого. «Ничего удивительного, — замечает по этому поводу писатель в воспоминаниях, — в Кракове начиналась тогда серия шумных судебных процессов над участниками крестьянских бунтов… Устроители этих процессов не могли допустить волнующего диалога между историей и современностью…».

В 1935 году театр «Комедия» поставил и первую оригинальную пьесу Кручковского, сатиру на немецкий национализм — «Герой нашего времени». Герой пьесы, мошенник-рецидивист Кароль Гуммель, выдает себя за своего погибшего много лет назад на фронте приятеля Даубмана и пытается втереться в доверие к его родителям. Он опасается разоблачения, но, хотя обман очевиден, в разоблачении никто не заинтересован — ни старики Даубманы, ни деятели нацистской партии, которым нужен настоящий или мнимый герой-фронтовик Даубман для их пропагандистских целей. Так мелкий аферист становится крупным политическим авантюристом.

История возвышения проходимца — предлог для более глубоких обобщений и выводов. Сенсационная карьера Гуммеля могла стать реальностью только в условиях фашизации Германии. Пьеса разоблачала общественное лицемерие немецких обывателей, была острой сатирой на механизм политической жизни гитлеровского государства.

Политический театр — вот к чему стремится писатель уже в первой, во многом еще несовершенной пьесе. Сатирическая заостренность и метафоричность пьесы, специфическая манера ведения действия позволяла критикам выводить ее родословную из немецкой экспрессионистской драмы, сравнивать «Героя нашего времени» с такими известными пьесами, как «Капитан из «Кепеника» Цукмайера или «Карьера Артуро Уи» Брехта. Сопоставление это не лишено оснований, но важно отметить другое: в пьесе скрещивались две характерные для последующего драматургического творчества Кручковского тенденции — интеллектуальное, с обобщающими выводами осмысление злободневной политической темы и стремление раскрыть ее с помощью детальных психологических характеристик персонажей, путем анализа общественно-бытовых конфликтов.