Читаем Пьесы полностью

С а ш е н ь к а. Так, уверяю вас, так. Он знает, что доставил вам много хлопот, он искупит свою вину. Он уполномочил меня все это сказать вам. Но вы знаете, полковник, как он самолюбив. Вы никогда ни одним словом не должны возвращаться опять к этой истории. И не дай бог, не скажите ему, что я с вами говорила сегодня. Просто вы гуляли и случайно зашли сюда. Обещаете?

П о л к о в н и к. Он так просил?

С а ш е н ь к а. Да, он так просил. Возьмите его обратно в полк — инструктором, писарем, все равно кем… ему тяжело здесь. Он летчик, он ничего другого не знает, он пропадет без вас… Я лягу, полковник.

П о л к о в н и к. Вам плохо?

С а ш е н ь к а. Я нездорова. Лихорадка. Почему вы молчите, почему не обещаете мне?

П о л к о в н и к (смотрит на капкан). Я подумаю.

С а ш е н ь к а (плачет). Какие вы жестокие люди…

П о л к о в н и к. Пусть сам мне это скажет. Без посредников… Он гордый, и я гордый. Пусть он мне расскажет все… Тогда посмотрим.

С а ш е н ь к а. Слушайте, полковник. Вы помните, что говорили мне, когда подарили зажигалку?

П о л к о в н и к. Вот что, девочка… Я вдвое старше вас. Я был женат. Давно. Я был уже совсем старик. А началась война, я как-то… Летал, гитлеровцев жег. Ну, помолодел, что ли… И когда подарил вам зажигалку, я подумал… Ну, почему же… Я удивлялся на себя… Я очень огорчался, что сказал… Вы, наверно, со своим этим… мужем… смеялись надо мной.

С а ш е н ь к а. Нет. Не смеялись. Я думала, что недостойна ваших слов.

П о л к о в н и к. Вам небось тяжело жить здесь?

С а ш е н ь к а. Да, тяжеленько.

П о л к о в н и к. Кто он, ваш муж?

С а ш е н ь к а. Неизвестный вам человек.

П о л к о в н и к. Где он? На фронте?

С а ш е н ь к а. Кажется.

П о л к о в н и к. Убит?

С а ш е н ь к а. Пропал. (Прячет под подушку портрет Сергеева.) Здесь Агата.

П о л к о в н и к. Ведеркин будет очень рад… Вот не думал, что из него такой муж получится. Он только о ней и говорит. Разумеется, в свободное время.

С а ш е н ь к а. Да, это прекрасный муж.

П о л к о в н и к. Слушай, девочка… У меня есть в Мурманске квартира, я не живу в ней, все в полку… Возьми ключ, живи там… Я не приду… Только если позовешь, ну, чаю там выпить приду, а так нет…

С а ш е н ь к а (недоверчиво). Зачем вы даете мне ключ?

П о л к о в н и к. Нет-нет, ты не думай… Ну и что ж, что ребенок… Это ничего. Это можно… Ты не убивайся тут… Я буду рад. Понимаешь?.. Сухой паек вам свой подкину… А найдется отец, после войны, вот и хорошо будет… Пусть растет. Внуком будет… Вот и все. А мне другую квартиру дадут. Запросто дадут.

С а ш е н ь к а (улыбается). Ой, какой вы смешной, полковник…

П о л к о в н и к. Ну вот, что ж тут смешного…

С а ш е н ь к а. Нет-нет, я вас очень уважаю, полковник… (Плачет.) У меня просто очень развито чувство юмора. (Прячет ключ.) Спасибо за ключ. Я, пожалуй, возьму.

П о л к о в н и к. Позднее я зайду…

С а ш е н ь к а. К папе? Вы обещаете мне? (Берет его за руку.) Спасибо вам…

П о л к о в н и к (внимательно смотрит на капкан). Возможно… (Вдруг усмехнулся.)

С а ш е н ь к а. Почему вы смеетесь?

П о л к о в н и к (подумал, помрачнел). У меня тоже очень развито чувство юмора. (Уходит.)


За ним — С а ш е н ь к а. Едва только захлопнулась большая дверь слева, с потолка упал кусок штукатурки. Из маленькой двери входит  В е д е р к и н. В руках у него чемодан.


В е д е р к и н. Нет здесь никого. Идите.


Следом за ним входит  А н а с т а с и я. Ведеркин ставит ее чемодан на пол, она садится на чемодан и робко озирает комнату, как будто никогда здесь не была. Зато Ведеркин чувствует себя как дома. Он расхаживает по комнате, заглядывает за ширму.


Куда же они делись? Вы понимаете, Агата здесь… Она только что была у меня… И ушла… И ничего не сказала… А я ее не видел… Что за вечер, в двух шагах ничего не видно, никого встретить нельзя, все запутались в этом тумане. Вы извините меня, Анастасия Платоновна, но больше вам жить у меня нельзя, сами понимаете… Агата приехала. Нет, это неудобно.

А н а с т а с и я. Ничего-ничего… Загостилась я у вас… Вы говорите, Сашенька просила меня вернуться? А он? Он ничего не спрашивал обо мне?

В е д е р к и н. Ему никто не нужен.

А н а с т а с и я. А как он выглядит?

В е д е р к и н. Плохо. Равнодушный. Эгоист.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пьесы
Пьесы

Великий ирландский писатель Джордж Бернард Шоу (1856 – 1950) – драматург, прозаик, эссеист, один из реформаторов театра XX века, пропагандист драмы идей, внесший яркий вклад в создание «фундамента» английской драматургии. В истории британского театра лишь несколько драматургов принято называть великими, и Бернард Шоу по праву занимает место в этом ряду. В его биографии много удивительных событий, он даже совершил кругосветное путешествие. Собрание сочинений Бернарда Шоу занимает 36 больших томов. В 1925 г. писателю была присуждена Нобелевская премия по литературе. Самой любимой у поклонников его таланта стала «антиромантическая» комедия «Пигмалион» (1913 г.), написанная для актрисы Патрик Кэмпбелл. Позже по этой пьесе был создан мюзикл «Моя прекрасная леди» и даже фильм-балет с блистательными Е. Максимовой и М. Лиепой.

Бернард Шоу , Бернард Джордж Шоу

Драматургия / Зарубежная классическая проза / Стихи и поэзия
Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература