Читаем Пестрые истории полностью

Очень опечалило это французского рыцаря Деодата де Гозона, уж очень его смущало, что столько добрых витязей не могут управиться с чудовищем. И решился он сам покончить с ним. Много долгих ночей не смыкал он глаз, пока до мельчайших подробностей не разработал свой план.

Прежде всего в одиночку прокрался он к самому лежбищу змея, разглядел чудовище, хорошо запомнил его форму и окраску. Покрытое шипами тело его было размером с вола, длинная шея заканчивалась змеиной головой с ужасной пастью, зубы — точно лес копий. Уши острые, словно у лошака; четыре когтистые лапы, как у медведя; а хвост прямо крокодилий. Было у него два огромных крыла, как у летучей мыши, цветом красные и желтые, все тело тоже переливалось красным и желтым.

После чего собрался рыцарь Гозон, испросил отпуск у магистра и поехал в свое имение во Францию. Там он из папье-маше сделал точную копию змея и по форме, и по цвету, выложив изнутри ее паклей. Посадил двоих слуг внутрь картонного чудища, они с помощью искусных механизмов приводили в движение голову и другие члены чудовища, разевали ему пасть, махали крыльями. Сам он на добром ратном коне, в сопровождении двух огромных кровожадных английских псов, каждый день приступал к картонному змею, приступал, объезжал. Все это продолжалось до того времени, пока конь и оба пса не побороли ужас перед страшным чудовищем, теперь уж псов едва можно было отогнать, чтобы не разорвали.

Готовился он так с полгода, потом поехал опять на Родос и сразу же отправился на решающую битву. Обоих слуг послал стоять на страже на вершину соседней скалы, откуда они могли наблюдать за битвой. Снабдил их сильным противоядием на тот случай, если он победит, но будет отравлен змеиным ядом: «Если паду, не подходите, спасайтесь сами», — сказал и поскакал к пещере, стал на ровной площадке, которую высмотрел заранее для битвы, и зычным голосом стал выкликать грозного противника.

Тут вскоре скрежет и шум крыльев показали, что змей заметил рыцаря. Возник в отверстой дыре входа в пещеру и с разбегу, и с налету, бросился на рыцаря, коего посчитал за приносимую жертву. Только конь, привыкший уже к виду чудовища, не стал дожидаться, а в пылу битвы помчался прямо на него. Рыцарь бесстрашный, собрав все силы, метнул копье, со свистом оно ударилось о спину зверя, только без пользы: сломавшись, отскочило от железных шипов. Тут и настал бы конец рыцарю Гозону, если б его рыцарские доблести не соединялись бы с предусмотрительностью, так и растоптал бы его змей до смерти вместе с конем. Только оба дышавшие злобой пса помчались впереди коня и уже прыгали под брюхом у змея, вгрызаясь в живую плоть, рвали железными зубами. От боли великой встала мерзкая гадина на дыбы, кинулась было на псов, только рыцарь тогда, с седла соскочив и щитом прикрываясь, напал на него с обнаженным мечом. Поднялся змей на задние лапы, чтобы обрушить передние на смельчака, да только тот, приметив у него на шее свободное от шипов, уязвимое место, вонзил свой меч. Из раны у змея ручьями потекла кровь, и чем яростнее пытался он сопротивляться, тем больше ширилась его рана, под конец, совсем ослабев, свалился змей, и дух из него вон.

Одержал рыцарь победу, только от растекавшихся ядовитых паров сам упал полумертвым. Увидели то слуги, побежали ему на помощь, водой холодной брызгали, противоядиями поливали, привели его в чувство. Тогда поскакал витязь Гозон в город Родос, объявил о своем подвиге великому магистру.

Но, о стыд! О позор! Что же учинил великий магистр Вилланова?! Собрав рыцарей, крепким словом поносил рыцаря Гозона, что нарушил запрет, лишив его рыцарского звания, бросил в тюрьму.

Великая печаль охватила остров, что вот, дескать, Великого Освободителя, смельчака из смельчаков, цвет рыцарства, чью славу весть разнесла на крыльях по всему свету, упорство великого магистра лишило звания. Возмутились все, наконец, великому магистру пришлось уступить. Выпустил он рыцаря Гозона на свободу и вернул ему рыцарское звание. Великий почет окружил его, так что через четыре года, когда Вилланова приказал долго жить, со товарищи избрали Гозона великим магистром ордена».