Читаем Пестрые истории полностью

Если кто, находясь в городе Модена, влезет на соборную колокольню, то его взор привлечет необычная достопримечательность. В отдельном помещении висит самое обычное ведро, каким достают воду из колодца. Оно знаменито тем, что во время войны с Болоньей было захвачено в качестве военного трофея у разбитой армии болонцев. Посетитель не в силах понять, зачем понадобился из всех трофеев именно этот — самое обычное, не представляющее, на первый взгляд, никакой ценности ведро — размещать на столь почетном и видном месте и целых семьсот лет заботливо охранять?

Но вот и объяснение, оно вывешено тут же.

Прямо на границе между обоими городами был колодец, к которому ходили за водой жители Болоньи и Модены. Однако же соседи не за тем соседи, чтобы мирно уживаться друг с другом. В один прекрасный день болонцы объявили, что по какому-то древнему праву колодец принадлежит им и моденцы не могут ходить с этого времени к нему за водой. Моденцы оставили это без внимания и продолжали ходить по воду. Постоянные драки, перепалки у колодца все более осложняли дело. Наконец, Болонья, не долго думая, сняла и унесла ведро. Модена встала перед выбором. Заказать новое ведро и тем самым признать свое поражение, к тому же новое ведро вовсе не гарантирует прекращения старой свары, либо силой вернуть старое как символ своей правоты. Законы рыцарской морали диктовали последнее. Разразилась война между двумя городами из-за ведра. Крови с обеих сторон было пролито столько, что можно было многократно наполнить колодец, наконец, победа осталась за Моденой, в числе трофеев оказалось и злополучное ведро.

Изо всей этой галиматьи истинно одно — война. А историю с ведром, послужившим поводом к войне, поведал потомкам итальянский поэт Алессандро Тассони, описавший ее в шуточном рыцарском стихотворном эпосе «Похищенное ведро».

Историческая правда состоит в том, что оба города вмешались в военное противостояние папы римского и германского императора; сторонники первого именовались гвельфами (guelf), а сторонники императора — гибеллинами (ghibellin).

И не требовалось им никакого особого повода, чтобы передраться.

Ну а ведро? Оно же висит там, на колокольне, однако оно попало туда совсем не как трофей, просто это было мерное ведро, оно служило единицей измерения, правда, уже неизвестно для каких напитков или жидкостей. Со временем вся эта история противостояния двух городов обросла легендами, этим и воспользовался Тассони для своей комической поэмы из рыцарских времен, которая, впрочем, оказала влияние и на нашего Чоконап[96] при создании им «Доротти».

Теперь уже и сама Модена вряд ли верит в историю со знаменитым ведром, просто хранит его из уважения к своей истории и памяти Тассони, которому на соседней площади поставлен памятник.

Прекрасная Елена и Троянская война

Все мы наслышаны о женах, из-за коих мужчины брались за оружие. Пятно на женской добродетели надлежало смывать кровью, женский каприз — купать в крови, за обладание женщинами — проливать мужскую кровь.

Елена, ставшая причиной Троянской войны, вошла в древнюю историю как самая прекрасная земная женщина, как совершенный образец женской красоты. О ее красе написано много, и в стихах, и в прозе; еще Плиний упоминает о ней, обсуждая благороднейшую разновидность золота — «белое золото». Елена, — говорит он, — принесла в дар храму Афины Родосской чашу, изготовленную из такого золота. Золотых дел мастер взял образцом для чаши форму груди Елены, сочтя, видимо, именно ее самой совершенной. Собственно говоря, это единственный наглядный факт, свидетельствующий о красе Елены, а восторженные описания рассыпаются лишь в общих похвалах.

(Этот факт, сообщенный Плинием, позднее популяризирован Брантомом в его книге о «галантных дамах». С тем только прибавлением, что в схожей ситуации некоторым его знакомым дамам пришлось бы передать ювелиру несметное количество золота.)

История Елены известна. Она была женой царя Менелая, троянский царевич Парис похитил ее и увез в Трою. На отчаянные призывы Менелая вся Греция взялась за оружие. И не ради мести, а ради того, чтобы вытребовать женщину обратно. Из рыцарских чувств троянцы не выдали ее, предпочтя десятилетнюю осаду, пока все не погибли в ней вместе со всем своим добром, а царь Менелай возвращенную такой ценой супругу счастливо повез домой к семейному очагу.

С моральной точки зрения могут быть возражения как с той, так и с другой стороны, но я говорю только о том, как развивались события.

Начну с начала.

О Елене известно, что она являлась плодом любовной связи Зевса и Леды, насколько в данном случае вообще уместно говорить о плодах. Влюбленный царь богов поял женщину в образе лебедя, и как результат лебединых объятий, как это водится у птиц, были отложены два яйца. Из одного вышли Кастор и Клитемнестра, а из другого Поллукс и Елена[97].

Это будет отправной точкой в исследовании причин Троянской войны.