— А почему вы не носите траур? Если бы мой Джонатан умер, я бы просто повесилась! Вы своего супруга, наверное, не сильно любили, да? Почему? Он вам изменял? Или бил вас?

— Простите, мне кажется, что это очень личные вопросы. Пока мы мало знакомы. Быть может, сменим тему? — о, боги, как же теперь она сожалела о решении пригласить в свой дом эту женщину!

Впервые за весь вечер верно поняв её правильно, Клара продолжила тараторить:

— Знаете, здесь раньше жила такая нелюдимая старушка, никогда к себе нас не пускала. Мы только один раз побывали у неё, как только переехали сюда. А ведь я раньше жила в Италии, мы там и познакомились с Джонатаном. Милый, помнишь, как ты впервые позвал меня на свидание?

Мистер Рэй кивнул, продолжая прожигать взглядом стену.

«Я, кажется, даже догадываюсь, почему она вас к себе не пускала», — раздраженно подумала Бесс.

— Ой, вы представляете, у нас в городе с недавних пор вообще какая-то чертовщина творится. Мой Джонатан — полицейский, и ему приходится со всем этим разбираться. Милый, расскажи Элизабет про миссис Андерсон!

— Да что тут рассказывать? — Рэй наконец-то оторвался от стены и принялся пропиливать взглядом Бесс, — Пропала у нашего адвоката жена, вскоре нашли тело в болоте, никак опознать не могли. Потом по фамильному перстню на пальце поняли, что это она. Жаль немного, — Рэй явно скучал, устав от болтовни жены.

— Нет, дорогой, расскажи все! У неё же в сундуке обнаружили…

— Я уже жалею, что сказал об этом тебе! То была тайна следствия, а теперь о ней знает весь город! — резко поднявшись из-за стола, он попрощался. — До свидания, Элизабет, нам уже пора.

Громко споря, пара вышла из дома. Кажется, это то, о чем Бесс мечтала весь вечер: тишина и покой. Смертельно устав, она лишь выпила чай, забрала Нетта к себе в постель и легла спать.

Глава 3

*

Пахло ладаном и старыми книгами. В гостиной небольшого викторианского особняка коптили сальные свечи, и в их слабом свете виднелись силуэты двух девушек, сидящих у потухшего камина. Бесс не видела их лиц, словно всё было окутано туманом.

— Энни, я слышала, что отец совсем плох. Это правда? — спросила блондинка.

— Врачи разводят руками. Говорят, что все, что нам остается делать — это ждать, — шатенка пожала плечами, — странно все это. Сначала отец, потом и… — она резко осеклась.

Что-то чёрное влетело в распахнутое окно и принялось метаться по комнате. Энн взвизгнула и спряталась за спину старшей сестры. Погасли свечи.

— Что за чертовщина?.. — голос Мэри задрожал.

Внезапно раздался резкий стук, и все затихло. Сестры сидели с минуту, не смея двинуться. Наконец, набравшись храбрости, старшая нащупала в темноте коробок и зажгла спичку. С оконного стекла стекало что-то темно-бордовое. Младшая закричала.

Трясущимися руками Мэри зажигала свечу за свечой, пока в комнате не стало светло настолько, чтобы увидеть мертвую чёрную птицу, разбившуюся об стекло.

— Это очень, очень дурной знак, Мэри! Мне страшно!..

**

Бесс проснулась в холодном поту. В комнате все ещё пахло ладаном. Ощущение было такое, будто бы она и не засыпала, а продолжала читать, но закрытая книга лежала на комоде, и свет был выключен.

Будучи по натуре своей очень впечатлительной, девушка принялась бормотать считалку, чтобы отвлечься от дурных мыслей. Не выдержав тревоги и поняв, что больше не уснёт, пошла заварить себе кофе. Что-то внутри мешало дышать, волновало её, и почему-то нестерпимо тянуло выйти на улицу.

«Что за чертовщина?» — прошептала Элизабет, и осеклась, понимая, что эти слова звучали во сне.

Пока остатков разума ей хватало, чтобы не пойти в три часа ночи прогуляться, но непонятное предчувствие чего-то плохого не давало расслабиться. Она уснула лишь спустя час, сидя за столом.

Утро было холодным и туманным. Собравшись, Бесс вышла на прогулку с собакой. Куда идти? В городе пока она не ориентировалась. Доверившись собачьему чутью, Элизабет шла за Неттом, радостно исследовавшим новые запахи. Внезапно сзади послышался топот.

Обернувшись и увидев вдалеке спортсменку, бежавшую прямо к ним, попыталась отвлечь собаку, однако было поздно: пёс оглушительно залаял на приближающуюся девушку.

— Ох ты ж… Ну и зверь! — рассмеялась блондинка.

— Простите, он такой невоспитанный…

— А я тебя тут раньше не видела, — обратившись к Бесс, сказала незнакомка, задумавшись, — Ах, ты же наша «новенькая», да?

— Я приехала сюда вчера. Меня зовут Бесс Пензер. А вас?

— Эрика О’Коннор. Можно просто Эрика. Я тут неподалёку живу, совсем близко к болоту, в старом каменном доме рядом с заброшенным особняком. Сразу найдёшь. А как зовут грозного зверя?

— Нетт, — улыбнулась Элизабет.

— Могу погладить?

Пензер рассмеялась:

— Если жизнь совсем не дорога, то вполне.

— Ха, опасный у тебя охранник. Ну ладно, я побежала, а то яичница сгорит, — и, слегка помявшись, девушка продолжила: — Заходи ко мне, если что-то понадобится. Я тут с детства живу, всех знаю. Пока.

Длинные прямые светлые волосы колыхались на ветру; серая мятая кофта почти сливалась с пыльной дорогой. «Кого-то она мне напоминает», — подумала Бесс и направилась к дому.