Читаем Первый удар полностью

– Машина! Машина! – надрываясь орал фрегаттен-капитан, вытирая кровь с лица, – Господин капитан-цурзее, вы меня слышите? Вы способны командовать?..

Линкор содрогнулся от непомерной тяжести собственного бортового залпа, на мгновение осветившего пространство сияющим оранжево-желтым светом. Через секунду ровным хором взрявкнула левобортная батарея противоминного калибра, – и тут же грохнуло совсем рядом, по тяжелой броне боевой рубки вразнобой простучали осколки. Звук узнавался уже без труда.

– Я… – командир корабля, капитан-цур-зее Карл Сиверс сидел, не отвечая и не участвуя уже ни в чем. Спиной он привалился к тумбе машинного телеграфа, и его бессильно вытянутые вперед короткие ноги неестественно вывернулись ступнями наружу. Оскалившись странной, напоминающей улыбку гримасой санитар быстрыми, уверенными движениями бинтовал его голову, и капитан-цур-зее мешал ему, мотая головой.

– Кто здесь еще цел? Ты, гардемарин!

Клаус-Рихард с трудом оторвался от созерцания разодранной плоти, принадлежащей чему-то, что пять минут назад было живым человеком, и непонимающе посмотрел на позвавшего его офицера.

– Ты цел?

– Кажется…

Молодой голос донесся до гардемарина Аугсбурга как бы со стороны, и у него заняло еще несколько секунд осознать, что он принадлежит ему самому.

– Очнись! Слушай приказ!

Дальвиг на мгновение подавился воздухом, потому что вновь рявкнули пушки противоминной батареи, – и нелепо взмахнул в воздухе рукой, как бы разгоняя звук.

– Я принимаю на себя командование кораблем. Приказываю…

Приподнявшийся было Клаус-Рихард повалился снова: оказалось, что по какой-то причине ноги отказывались его держать. Проигравшие двенадцать лет назад сражение в Желтом море русские преподали всем остальным хороший урок: боевые рубки стали одной из наиболее сильно бронированных точек современного линейного корабля. Но главный калибр британских линкоров, с которыми они сражались, составлял 343 миллиметра, – и попадание в рубку, пусть почти по нормали, оказалось «значимым». Обычный термин – и такой бесполезный, когда речь заходит о валяющихся вокруг телах, какие-то минуты назад бывших надменными старшими офицерами. И гардемаринами…

Броня осталась не пробитой, внутрь проник всего какой– то десяток осколков – но и этого хватило слишком на многое.

– Ты слышишь?..