Читаем Перекати-поле полностью

Конечно, его отец всегда может ради него солгать, но это плохой выбор. Он был готов заложить свою душу, чтобы защитить сына, но Джон прекрасно знал, что одна ложь тянет за собой другую, а это только запутает их же, тогда как у правды есть шанс освободить невиновного.

— И кроме всего прочего, — добавил Уилл, — я узнал, что Трей мне не отец, только после того, как он был убит. Я тут подумал: если эта информация всплывет, не воспримут ли мой мотив убить его еще жестче, когда дело дойдет до суда? Я убил человека из мести за то, что он бросил меня и был мне плохим отцом, тогда как на самом деле он мне отцом вообще не был?

— Ммм-да, я… — запинаясь, протянул Джон, поставленный в тупик стройными рассуждениями Уилла.

Если они с Кэти объявят правду о том, кто на самом деле отец Уилла, это только укрепит основания для обвинения его в убийстве. Он не смел заявить свои права на отцовство, по крайней мере сейчас.

— Рэнди этого не узнает, — сказал Джон. — Мы сохраним эту информацию в тайне. Кто-то убил Трея. Это был не ты и не твоя мать. Повторяю, Уилл, ни при каких обстоятельствах не признавайся в убийстве, которого ты не совершал. Мы просто должны верить, что убийца будет разоблачен. — Он показал на свою шею и постарался усмехнуться. — Не зря же я ношу этот воротничок.

— Я надеюсь, что для того, кто там, наверху, это значит немало, — сказал Уилл, но глаза его выдавали, что сам он в это верит слабо.

Когда Уилл ушел, Джон вернулся в свой кабинет и позвонил своему собрату по ордену иезуитов и выпускнику университета Лойола, который в данный момент имел юридическую практику по уголовному праву в Лаббоке. После того как Джон рассказал ему о причине своего беспокойства, адвокат ответил, что да, арест Уилла, по-видимому, неизбежен, и попросил связаться с ним, когда того возьмут под стражу. Он немедленно выедет в Керси.

Джон побрел в неф церкви и сел на то самое место, где после того рокового дня много лет назад он провел столько времени. С тех пор он ни разу не сидел там, но сегодня автоматически пришел к молельной скамье, где изливал Господу свои самые большие страдания и страхи. Здесь, на этом пространстве шириной в полметра, он тогда нашел покой. Здесь он нашел ответ, как ему жить дальше. С той же самой отчаянной надеждой на спасение он и сейчас преклонил колени и прижал руки ко лбу, но молиться не мог, потому что перед глазами вставали ужасные воспоминания о тюрьме Пеликан-Бэй, а воображение рисовало картины заключенного в этом аду сына.

Если против Уилла выдвинут обвинение, в преступлении сознается Кэти. Джон в этом даже не сомневался. Она скорее пожертвует собой, чем позволит, чтобы ее сына признали виновным в убийстве. Мотив, который она выдвинет, будет прост: она ненавидела ТД Холла. Она никогда не раскроет свой настоящий мотив, никогда не признается, что хотела смерти Трея из страха, что тот может разоблачить вину отца Джона Колдуэлла, и Уилл указал причину, по которой она не могла использовать вопрос об отцовстве в качестве повода убить его. Сомнительно, чтобы полиция купилась на ее признание в свете улик, имеющихся против Уилла, но люди в округе определенно будут рассматривать возможность того, что убийцей была именно она.

Впервые, будучи священником, Джон обнаружил, что не может искренне прочесть молитву «Да исполнится воля Твоя». Ему как раз ужасно хотелось, чтобы исполнилась его собственная воля, а она заключалась в том, чтобы найти убийцу и снять подозрения с сына и Кэти.

Вернувшись домой, Джон узнал от Бетти, что адвокат Трея Лоуренс Стэттон, вылетающий завтра утром из Калифорнии, попросил у них с Лу о встрече во второй половине дня.

— Как вы думаете, в чем там может быть дело? — осведомилась она.

В чувстве вины, мог бы ответить он. Трей оставил им подачку в своем завещании.

— Чтобы выяснить это, нам придется немного подождать, — ответил Джон.

— Адвокат еще спросил, не поможете ли вы ему с организацией похорон. Трей должен быть похоронен рядом со своей тетей, — сообщила Бетти. — Он также сказал, что Трей просил, чтобы церемонией богослужения на его похоронах руководили вы. — Она передала ему листок бумаги для заметок. — Он остановится в «Холидей Инн» на федеральной трассе Ай-40, где забронировал последний из имеющихся там номеров. Вот телефон, по которому с ним можно связаться.

Джон взял листок в руки и уставился на него. Что он может сказать над могилой человека, который даже после своей смерти продолжает третировать его семью?

Глава 62

Епископ епархии Амарилло посоветовал Джону не говорить ничего и не предпринимать никаких действий относительно своих признаний, пока у него не будет времени собрать свой совет. Его предварительное мнение состояло в том, что поступок Джона был совершен им до принятия его обетов и поэтому не подпадает под правила Церкви, определяющие, как поступить в таком случае.