Читаем Перед закатом полностью

Перед закатом

Мирра Александровна Лохвицкая , Серхио Перейра

Скорее смерть, но не изменуВ немой дали провижу я.Скорее смерть. Я знаю ценуТвоей любви, любовь моя.Твоя любовь – то ветер вешнийС полей неведомой страны,Несущий аромат нездешнийИ очарованные сны.Твоя любовь – то гимн свирели,Ночной росы алмазный след,То золотистой иммортелиНеувядающий расцвет.Твоя любовь – то преступленье,То дерзостный и сладкий грех,И неоглядное забвеньеНеожидаемых утех…

Стихотворение представляет собой вариант к опубликованному «Моя любовь – то гимн свирели…»

«Колышутся водные дали…»

Колышутся водные дали,Тоскующий слышен напев.Уснула принцесса ДжемалиВ тени апельсинных дерев.Ей снится певец синеокий,Влюбленный в простор и туман,Уплывший на север далекийОт зноя полуденных стран.Забывший для смутной печалиВесну очарованных дней.И плачет принцесса ДжемалиВ цвету апельсинных ветвей.И медленно шагом усталымК ней идет нарядный гонец,Смиренно на бархате аломОн держит жемчужный венец:«Проснитесь, принцесса, для трона,Забудьте весенние сны,Вас ждет и любовь, и коронаВладыки восточной страны.Пред гордой султаншей ДжемалиВо прахе склонятся рабы.Пред вами широкие дали,Над вами веленья судьбы…»

Имя «Джемали» (вариант «Джамиле») неоднократно встречается у Лохвицкой и служит одним из знаков стихотворной переклички с Бальмонтом. Первым в этом ряду стоит ее стихотворение «Джамиле» (1895 г.), имя героини было использовано Бальмонтом в стихотворении «Чары месяца» (1898) – см. переписку Лохвицкой с Коринфским (письмо XXI). Позднее поэтесса использовала имя Джемали в «Сказке о принце Измаиле, царевне Светлане и Джемали Прекрасной» и в стихотворении «Волшебное кольцо» (V, 45).

«Певец синеокий», «уплывший на север далекий» – прямое указание на Бальмонта, в сентябре 1896 г. впервые надолго уехавшего в Европу. Первые наброски этого, так и оставшегося незаконченным, стихотворения, относятся к 1896 г. В первоначальном варианте стихотворение обрывается на словах: «Не пара для белой голубки // Скиталец морей альбатрос…» (см. предыдущую записную книжку – РО ИРЛИ ф. 486, ед. хр. 3, л. 80).

«Ты замечал, как гаснет пламя…»

Ты замечал, как гаснет пламяСвечи, сгоревшей до конца,Как бьется огненное знамяИ синий блеск его венца?В упорном, слабом содроганьеЕго последней красотыУзнал ли ты свои страданья,Свои былые упованья,Свои сожженные мечты?Где прежде свет сиял отрадный,Жезлом вздымаясь золотым,Теперь волной клубится смраднойИ воздух наполняет дым.Где дух парил – там плоть владеет,Кто слыл царем, тот стал рабом,И пламя сердца холодеет,И побежденное, бледнеет,Клубясь в тумане голубом.Так гибнет дар в исканье ложном,Не дав бессмертного лучаИ бьется трепетом тревожным,Как догоревшая свеча.

1899 г. – время начала ухудшения отношений Лохвицкой с Бальмонтом, когда поэтессе казалось, что чувство изжито.

«Где дух парил – там плоть владеет…» – Намек на изменившийся стиль поэзии Бальмонта, отразившийся в его сборнике «Горящие здания», в которому на смену прежнему печально-«лунному» настроению пришло новое – «пламенное», агрессивное, жизнеутверждающее.