Читаем Перебежчик полностью

Я иду, обходя лужи. Около дома никого, и в доме пусто. Вдруг слышу слабое попискивание! В кухне, в том самом ящике, который мы одобрили с Алисой, - голова кошки. Все ясно! Котят четверо, двое серых, один черный, и рыжий... как Шурик! Серые, как наш Серый. А черный, как наш Клаус... Тут же является Серый, прыгнул и устроился рядом с ящиком. Зная, что коты иногда душат котят, я хотел прогнать его, но не тут-то было. Сидит и смотрит, и, чувствую, будет стоять насмерть. Охраняешь, значит?.. Я пришел через час - сидит. Собрался уйти - он на месте... Из кухни всех вымело - никого, кроме этой счастливой парочки. На балконе мелькнула тень - кот с коротким хвостом. Впустил Хрюшу, он заглянул в кухню, увидел Серого и отпрянул, убежал в комнату, лег... Не будет общего мира у нас.

103. Двадцать шестого, плюс три...

Буйный южный ветер, дым клочьями стелется понизу, серые хлопья, расходясь по небу, пишут иероглифы, каллиграфически точны, мастерски размыты, растекаются по влажной бумаге... Из подвала чертиком выскакивает Хрюша, объясняет то, что я уже знаю. Дома Клаус, который все понял уже вчера, один из всех осмелился остаться на кухне, только перебрался подальше от котят, выбрал удобное и безопасное место на полке, и наблюдает. Алиса на месте, все четверка под брюхом, рядом Люська, то и дело бросается в ящик, помогать. Алиса спокойна, Люська взволнована, просто сияет, не позволяет трогать котят - тут же кричит, царапается... Серый на посту, чуть прищурившись, наблюдает за обстановкой. "Ты напомнил мне Васю... Не бойся, не трону твоих котят." Эта парочка, Алиса и Серый, доконала меня. Пусть идет как идет... Я объявил своим, что теперь мы живем в комнате, перенес туда часть мисок и вернулся к картинам. Меня злили убогие горизонтали, тихие прелести, вялый невыразительный цвет! Я настроился, наконец, на дальнодействие пятен, суровую черноту, подтеки, грязь, и сухой, неистовый, с цепи сорвавшийся желтый, впитавший деготь и уголь...

104. Первое марта, день открытий...

Солнцу с утра не расшевелить застывшую воду, на ней тонкое стеклышко с мутно-молочным краем. Новые птицы галдят и суетятся, словно зима позади. Я не верю, и все мои тоже не верят. Подойдя к дому, я вспомнил, что давно перестал заходить сзади, как делал в большие морозы. Там у мусора меня ждал Макс, шел навстречу, это был наш порядок вещей. Растаял лед, снова замерзла вода, и за домом возник ледяной бугор, не за что уцепиться. Мы договорились с нашими встречаться у подъезда, туда тоже выходят подвальные окна, и можно ждать. Согласились все, кроме Макса, спереди его никогда не было, и я выходил еще, звал его, и он откликался. Но сегодня что-то толкнуло меня за дом, хотя там чертовски скользко. Кое-как пробился к нашей дорожке - и увидел Макса. Он сидел, нахохлившись и смотрел в мою сторону. Он еще не видел меня за деревьями, но я-то узнал его!. Значит, он каждый день... И меня нет! Потом я появлялся... Но с другой стороны! Утром он снова приходит, ждет... Я все делал не так! Для него это было важно! Что делать, если он не так расторопен, гибок, сметлив, как Клаус, не так быстр, как Хрюша, не так мудр, как Алиса?.. Он каждый день ждал, что сегодня обязательно будет правильно!.. Здесь ему легче спасаться от Серого - видно издалека, и можно быстро сместиться к девятому, укрыться в тихом и темном подвале... И мусорка рядом... Это не мелочи, я должен был понимать! Нет, я все-таки безнадежен, недоделанный кот! Я позвал его и вытащил единственный кусок рыбы, который нес всем. За верность, стойкость, глупость его и неуклюжесть, за все, чем он отличается от других, и дорог мне... Я знал, что потом пожалею, с пустыми руками, увидев глаза своих, но не мог удержаться. Смотрел, как он жадно глотает, постоянно оглядываясь, не приближается ли его враг... "Никто не посмеет на нас напасть! " - я говорил ему, и видел, что мой голос его успокаивает. Ему так нравилось - я иду, а он, издалека завидев, бежит навстречу. И он каждый день хотел, чтобы повторилась эта страшно важная малость - и не было! Зачем ум, если такая простая вещь не пришла мне в голову?.. И я решил всегда так ходить, как он хотел.

105. Второе марта, плюс два!..