Читаем Перебежчик полностью

Вечером ветер пуще прежнего... Скользко, как на поверхности циркового шара, перебираю ступнями, плохой акробат... Дома Люська с Алисой выясняют отношения. Алиса ворчит, замахивается, дочь ластится, заглаживает вину. Потом мирятся и блаженно облизывают друг друга. Хрюша отчаянно орет, надо идти, поддерживать славу смелого. Надо, но очень не хочется. Кутенок у того же окошка. Постелил ему тряпку, накормил теплой кашей. Пробовал втолкнуть в подвал, он отчаянно сопротивляется. Бездомные собаки не доверяют темноте и узким щелям, в которых котам вольготно... Погладил по спине - один хребет. Он и двух дней не протянет на морозе, устал сопротивляться. Старуха, что кормит в девятом, защищает своих - дверь перевязала веревочкой; благодаря ей живы тамошние коты. Через час пришел снова, смотрю - щенка у окошка нет! Видно, кто-то спугнул его, он отполз от тепла, свернулся калачиком в глубоком снегу. Не отзывается! Я залез в сугроб, потрогал его. Он вздрогнул, поднял голову. Живой, но отвердевший, неподвижный, тяжелый. Взгляд обращен вглубь, он умирает. Я поднял его, он оказался неожиданно тяжелым, по сравнению с котами, но для своего роста ничего не весил. Он молчал и уже не делал попыток вырваться. Я опоздал! С проклятиями самому себе я пролез в чужой подвал, недалеко от входа нашел кусок картона и положил на него щенка. Ему бы продержаться несколько дней... Вернулся к своим. Макс, Алиса и Костик копаются в помойке. Люська висит на батарее, болтает ножками. В подвале метель, фанерка на полу. Кто это так старается для нас... Снова укрепил ее, как мог, нашел Клауса и вдвоем пошли домой. Я говорю старухе из девятого, она согнута и чтобы видеть меня, должна задирать голову. "Если вы умрете раньше, я буду кормить ваших, не выбрасывайте щенка..." Она, кажется, приняла во внимание. В каждом доме свой сумасшедший, в девятом она, в десятом - я.

57. Пятое января, снова щенок...

Песик лежит дальше от двери на старом мешке, то ли сам отполз, то ли старуха помогла. При виде меня кое-как встает, шатается, но виляет хвостом. Жадно пьет... дурачок, терпел жажду, хотя снег рядом! Кот, конечно, догадался бы полизать... Глаза впали, мордочка острая, ребра обтянуты кожей. Не ест даже яйцо, размельченное в курином бульоне, с болью оторвал от своих. Оставил, может, передумает... Когда шел обратно, меня догнала Алиса. Она ходила в гости к тамошним кошкам и рыжему коту, отцу Шурика и многих не выживших Алисиных котят. Я думал, что скажу своим, ведь не осталось еды... Но повезло - соседка выставила на лестницу банку прокисших щей, зато на мясной бульоне! Наши знают цену любой пище, их не смущает запах. Явились четверо - двое лохматых, две кошки. Не было Костика, а Хрюша нашелся в подвале, но не пошел, поворчал из темноты и получше устроился на своем месте, под самым потолком.

58. Шестое, минус пятнадцать, снова ветер...

Сегодня песик встретил меня у двери, вилял хвостом, стал быстрей, облизал руки, что я ненавижу, съел яйцо, и оказалось мало. Я намеренно не называю его, зачем мне лишняя привязанность, подниму его и уйду. Рыбу почему-то не тронул... Здоровенный кусок минтая, наши сошли бы с ума!.. Он худ неимоверно, но отогрелся, и на ногах стоит тверже, чем вчера.. Выбежал на улицу, исполнил свои делишки и бегом обратно. Ему бы недельку в тепле и тишине... Макс был со мною, сопел за спиной, и сожрал, конечно, минтая. В этом подвале коты бедствуют, старуха кормит еще хуже, чем я. Здесь черный с белыми усищами, рыжий, замурзанный, с холодными ушами, вечно голодный... Ухожу с тяжелым чувством - угасающая жизнь не может поддержать другую, а процветающая не желает замечать... Я думаю о песике, что будет дальше?.. Были бы живы, а жизнь хитрей нас, что-нибудь придумает.

59. Всего минус четыре, но буран...

Собачка - остренькая морда, темные глаза, хочет внимания и ласки. Выдал ей кусочек сырого мяса, если бы Клаус видел... А Клаус кривился, но ел жиденький супчик. Я и не заметил, как стал обирать своих в пользу собачонки! Стива нет и нет, я все жду - подойду к дому, а навстречу мне большой, важный, блестящий... Хрюша смурной, встречает без крика и объяснений, полная хандра. У котов это бывает, кошки ведут себя ровней, и живей... Алиса за ночь навалила две кучи и удалилась с прытью, которую стоит пожелать ее дочери, сейчас довольно вялой. Макс на мусоре, ловит мгновение, пока не подъехала машина. Самое лакомое время, но и опасное - всюду бродячие собаки, которых мне жаль, им еще трудней выжить, чем котам. Их кормят ноги, надо успеть от дома к дому, пока не увезут мусор. Собаки гоняют котов, коты гоняют птиц, а птицы умирают, потому что никого прогнать не могут. Иногда я смертельно устаю от них, и думаю, черт с вами, ребята, мне самому бы выжить. А потом бегаю по подвалам, ищу, и жду...

60. Девятое января, минус четыре, тихо...