– Японке примерно семи лет, – продекламировала она, не глядя в записи. – Красное вельветовое платье, черные колготки, белые кроссовки, в сопровождении японки лет тридцати модной внешности, с черными короткими волнистыми волосами, в серой куртке и таких же брюках предположительно от фирмы «Рохан».

Даймонд воспользовался случаем и спросил, каким образом люди узнают, что одежда именно от «Рохан», и получил ответ, что на вещах имеются логотипы.

Значит, даже если миссис Строу не такой уж и знаток моды, на ее информацию можно положиться.

– Фирма недешевая, – добавила девушка. – Модная, со спортивным уклоном. Если брюки, то все в карманах.

Питер поблагодарил и предложил помочь:

– Может, диктовать вам номера?

– Намекаете, что я медленно работаю? Я справлялась быстро, насколько могла, до того, как вы меня прервали.

– А если из какого-нибудь парка ответят?

– Будет говорить Гарри. Ему пока нечего делать.

Гарри сидел в наушниках. Он оторвался от номера журнала «Виз» и в знак приветствия поднял большой палец.

– Тогда не буду мешать.

– Да уж, пожалуйста.

Даймонд вышел. Хотелось курить, а он не курил уже несколько лет. Надо же! Он чувствовал себя посторонним и беспомощным. Небывалое ощущение в полицейском участке. Нашел закусочную и после пяти сигарет и двух чашек черного кофе снова поднялся по лестнице, но Гарри развел руками – нечем порадовать.

Прошел еще час, телефонистка сказала, что обзвонила все парки, кроме трех, которые, видимо, перестали заниматься пассажирскими перевозками. Как правило, отвечали, что нужно справиться у диспетчеров и водителей, некоторые с восьми утра успели смениться. Договаривались, что в случае, если кто-нибудь из таксистов вспомнит, что посадил на Эрлс-Корт-роуд японку с ребенком, в участок перезвонят.

Гарри заполнял билет футбольной лотереи.

– Пока ничего?

– Пусто.

Питер отправился на поиски суперинтенданта Саллинса и нашел его наверху, в кабинете. Тот диктовал секретарю письмо.

– Ухо́дите, мистер Даймонд?

– Кажется, с такси мы пролетели.

– Nil desperandum[6]. Из одного из парков могут в любой момент позвонить.

– Понимаю. Но с тех пор, как машину заметили, миновало почти шесть часов.

– Не драматизируйте. Мы имеем дело не со взрывом на шахте.

– Как не драматизировать – пропал ребенок!

– Возможно, пропал.

– Вы поставили в известность аэропорты и главные вокзалы?

– О чем? Что мать отшлепала дочь по ноге? Давайте будем действовать соразмерно обстоятельствам. Хотя теперь вы заявите, будто нам неизвестно, что она настоящая мать.

– Неизвестно.

– Эта женщина показала фотографию.

Взрыв был неминуем, но его предотвратил вызов по интеркому из операторской. Саллинс тронул переключатель:

– Слушаю.

– Сэр, нам ответили из таксопарка в Хаммерсмит. Фирма называется «Моментальное такси».

– Включите запись, – велел суперинтендант.

Раздался мужской голос: «…сменился в двенадцать, и мы только что с ним связались. Именно тот водитель, который вам нужен. Посадил японку без десяти восемь на Брук-Грин. При ней был темно-синий чемодан. Он отвез ее в Эрлс-Корт, к школе на Кемфордс-Гарденс – я все правильно говорю? – и ждал до восьми двадцати, когда она вышла с ребенком. Маленькой девочкой, японкой. У водителя сложилось впечатление, что они играли. Он отвез их в аэропорт.

– Хитроу?

– Да.

– Какой терминал?

– Третий. Межконтинентальный.

Даймонд не стал дослушивать – выскочил из кабинета и побежал по лестнице вниз, крикнув на ходу, чтобы Гарри связался с иммиграционной службой.

Глава девятнадцатая

Втиснувшись в кресло 11-B «Конкорда», Даймонд устроился настолько удобно, насколько возможно человеку его комплекции в самолете. Место 11-В находилось сразу за блоком обслуживания пассажиров и давало двойное преимущество: большее пространство и для ног, и для подноса, что позволяло поставить бокал с шампанским на горизонтальную поверхность, а не держать на покатом склоне собственного живота.

Его полет явился результатом молниеносного решения. Примерно в половине шестого иммиграционная служба аэропорта Хитроу сообщила, что около часа дня в ворота вылета прошла японка с ребенком. И что еще важнее – она была в серой спортивной одежде, а девочка в красном вельветовом платье, черных колготках и кроссовках. Позднее стало известно, что они зарегистрировались в авиакомпании «Бритиш эйрлайнс» как миссис Накаима с дочерью Айяй и в 14.15 сели на рейс БА177 назначением в аэропорт имени Кеннеди в Нью-Йорке, куда должны прибыть в 17.05 по местному времени.