Читаем Пасьянс Даймонда полностью

Даймонда не слишком убедили ее доводы, и он привел еще одну очевидную причину, почему не верит японке:

– Вряд ли настоящая мать, найдя потерявшуюся дочь, могла ударить ее.

– Стресс.

Питер отступил. Он понимал, что его оценка ситуации как критической основана скорее на интуиции, чем на фактах. Наоми ему поверила. Во всяком случае, до такой степени, чтобы взять за руку. Он никогда бы не признался ни Джулии, ни тем более Стефани, что девочка завоевала его сердце. Даймонд помнил ощущение маленькой ручонки в своей ладони и решил, что его долг выяснить, в безопасности Наоми или нет. Но не хотел, чтобы у кого-то создалось впечатление, будто он – ветеран расследования дюжины убийств – слабак и лопух. Даже самому себе не хотел в этом признаваться.

Уверял себя, что за всей историей кроется нечто большее. Конечно, мамочка вызывала сильнейшие подозрения. Что за родительница, думал он, у которой так долго пропадала дочь, а она не подняла на ноги полицию? Не известила посольство, когда Наоми потерялась? Иностранцам простительно теряться в чужой стране, но в подобных ситуациях люди любых национальностей должны вести себя разумно. Он не отступится, пока не убедится, что она действительно мать и способна заботиться о своем чаде.

Перед тем как выполнить обещание или угрозу заявиться в полицейский участок, Даймонд решил минут десять подождать прибытия местного патруля. Кто-нибудь мог видеть, как Наоми насильно сажали в такси, и важно задать свидетелю правильные вопросы. Он не очень доверял кенсингтонскому полицейскому увальню.

Патруль прибыл через пару минут и состоял из двух мужчин и одной женщины, которые выглядели словно статисты в мыльной телевизионной опере. Почему-то в наше время полицейские больше не кажутся настоящими. Однако следовало отдать им должное – они энергично взялись за дело – разделились, один допрашивал миссис Строу, другие искали свидетелей.

Даймонд дождался момента, когда стало ясно, что никто из соседей не видел, как Наоми запихивали в такси. Лишь один мужчина заявил, что видел на улице такси, оно было черным, а водитель белым.

В полицейском участке на Эрлс-Корт-роуд уже знали об угрозе налета Даймонда. Два сержанта и сотрудник в штатском – как позднее выяснилось, инспектор – грудью встали, чтобы отразить нападение. У них, разумеется, ничего не получилось. Питер заранее выяснил, кто помощник комиссара Шестого района, а ничто, как известно, не открывает двери так, как упоминание фамилии начальника.

Было субботнее утро, и начальника на месте не оказалось. Пришлось довольствоваться старшим суперинтендантом Саллинсом, фамилию которого Питер узнал из полицейского справочника в кенсингтонской библиотеке. Саллинс, рыжий человечек в белой рубашке и красных подтяжках, старательно изображающий главного копа в районе, сказал, что тоже знает Даймонда, хотя прежде они ни разу не встречались.

– Все под контролем.

Фраза дня. Во всяком случае, для ушей Даймонда. Делу о пропаже девочки он присвоил высший приоритет. Полиции с того вечера, когда в «Харродсе» прозвучал сигнал тревоги, известно о Наоми все. Были предприняты огромные усилия, чтобы выяснить, кто она такая. И теперь будет сделано все необходимое, чтобы найти такси. Сотрудники связываются с лондонскими таксопарками. Поэтому Даймонд может идти, не сомневаясь, что его помощь не требуется и никак не ускорит процесс.

– Благодарю, но я предпочитаю остаться, – дружелюбно отозвался он.

– Боюсь, это невозможно, – возразил Саллинс.

– Почему?

– Мы не допускаем к расследованиям гражданских.

– Я бывший полицейский!

– Ценю ваше предложение, мистер Даймонд, однако существуют определенные правила.

– Хотите сказать, что вам требуется одобрение шефа? – парировал Питер. – Вполне понятно. – Он обезоруживающе улыбнулся. – Я это улажу. Чем он занимается утром в субботу? Играет в гольф или отправляется с супругой за покупками? Не сомневаюсь, что пейджер всегда при нем. Думаю, он не рассердится, если придется топать к телефону в машине. Как вы предпочитаете, мистер Саллинс, чтобы я сказал, что это вы требуете, чтобы я получил разрешение, или вообще вас не упоминать?

Никакой амбициозный полицейский не устоит против подобного изощренного шантажа.

– Так говорите, вы бывший суперинтендант? – Тон Саллинса был таким, будто он только что об этом узнал. – Не исключено, что вы будете нам полезны. Хотя это против правил.

– Спасибо, – кивнул Питер. – Я не буду привлекать к себе внимания. – Более неправдоподобного утверждения он в это утро сделать бы не мог.

В операторской девушка что-то набирала на клавиатуре компьютера. Питер протиснулся мимо нее, чтобы взглянуть на список вызовов на коммутаторной панели.

– Есть что-нибудь из таксопарков по делу о пропавшей японской девочке?

– Пока нет, – ответила дежурная телефонистка.

– Сколько их?

– Таксопарков? Посмотрите в «Желтых страницах».

Питер взял со стола справочник. То, что там обнаружилось, испортило ему настроение.

– Сколько вы обработали?

– Двенадцать.

– Продолжайте.

Девушка одарила его испепеляющим взглядом:

– Кто вы такой?

– Речь идет о маленькой девочке.