Читаем Партизанки полностью

В конце концов она решила искать Никанора Кудельку, хоть и не ведала, где может быть скрыт его потайной будан. Знала лишь, что надо искать где-то в лесу, неподалеку от родной деревни Никанора. Решила идти туда. Дорогу на Толстый Лес она знала хорошо, но в морозных, заснеженных чащобах окрест деревушки проплутала несколько дней, промерзла вконец. Все это время не сомкнула глаз: надо было двигаться, чтобы не окоченеть.

— И вот нашла! — восхищенно отозвался Куделька. — Есть в тебе, Анна, видно, охотничий нюх!

— Какой там нюх? — пожала плечами Анна. — Просто повезло.

Помолчали. Свернув самокрутку, Володя заметил:

— Ну ладно. Теперь-то все в порядке.

— Все ли?

Вопрос Анны прозвучал горько, в глазах ее застыла невысказанная горечь: как там дети и мать… Володя понял это. Понял и промолчал: утешать ее было нечем.

В тот же день Анна вместе с группой Каткова вышла в расположение нашего отряда.

Они благополучно пересекли шоссе, обошли стороной два гитлеровских гарнизона. Позади — несколько деревень и около сорока километров нелегкого пути по снежной целине, по лесному бездорожью.

К утру следующего дня разведчики оказались вблизи деревни Старое Село. Недобрая слава ходила среди партизан об этих местах: нередко здесь появлялись крупные отряды гитлеровцев, устраивались засады. Хорошо бы миновать эту деревню ночью, да ждать-то еще столько до темноты! А все устали, проголодались и насквозь промерзли. Решено было установить длительное наблюдение и, если в течение часа не будет замечено ничего подозрительного, войти в село. Людям не терпелось обогреться в теплой хате, поесть горячей пищи. Единственный бинокль переходил из рук в руки.

Наконец час миновал. Ничего настораживающего, говорящего о возможной грозящей опасности за это время замечено не было.

— Судя по всему, фрицев нет, — уверенно заключил Владимир Катков. Еще раз внимательно, дом за домом, оглядев в бинокль деревню, он твердо скомандовал: — Пошли!

Вначале осторожно, а затем все уверенней партизаны пошли к деревне. Уютно, совсем по-домашнему, вились в морозном воздухе дымки из печных труб. Вот и первые дворы.

И вдруг неожиданно и громко, заглушая скрип снега под ногами, отчаянный и резкий выкрик Михаила Кршка:

— Ложись! Немцы!..

Одновременно ударила автоматная очередь: Михаил, первый заметив гитлеровцев, мгновенно открыл по ним огонь.

Партизаны залегли. Застучали их винтовки, заговорили автоматы. Однако немцы не отвечали. Их было больше ста, и вражеский замысел вскоре стал понятен. Начав обход с двух сторон, гитлеровцы решили зажать партизан в клещи. Силы были слишком неравными: на одного разведчика приходилось более десятка фашистов! Отходить назад можно было лишь по открытому и ровному полю. Иного пути не было…

«Надо спасти хотя бы Анну», — мелькнула у Каткова горячая мысль. Время от времени посылая короткие очереди, он подполз к Проходской:

— Вот что, Анна. Давай сейчас же к ближайшему дому… И никаких «но»! Это приказ. Выполняй немедленно! Мы начнем отход и постараемся отвлечь внимание немцев.

Партизаны, прикрывая друг друга очередями, стали медленно отползать в поле. И тут же цепи гитлеровцев после отрывистой гортанной команды «Фойер!» открыли по партизанам ураганный огонь. Фашисты, конечно, знали, что сдаваться в плен они не будут.

Аня же метнулась к ближайшему дому. Здесь она могла найти убежище, уйти, казалось, от верной гибели.

А в поле между тем продолжался неравный бой. Партизаны дрались до последнего. Автоматные очереди сливались в единый оглушительный рокот, ухали взрывы гранат, свистели пули. Глубокий лежалый снег мешал разведчикам двигаться, отнимал у них последние силы. Но в то же время глубокая снежная целина и надежно укрывала их от прицельного и губительного огня. Двое молодых и неопытных бойцов не выдержали, поднялись во весь рост и бросились к лесу. Один из них почти тотчас же был сражен наповал пулеметной очередью, другой серьезно ранен.

Больше часа длилась схватка: возможности подняться для преследования у немцев тоже не было. Партизанский пулемет и автоматы каждый раз вновь и вновь заставляли их залечь в снег. Однако облегчить положение разведчиков это конечно же не могло: их диски, обоймы и подсумки с гранатами пустели…

— Беречь патроны! — передал по цепи Владимир Катков, торопливо перезаряжая свой автомат.

Вот наконец и опушка леса. Дальше немцы не сунутся — это знает каждый. Перевязав раненого, партизаны стали углубляться в чащу, еще не веря, что смертельная опасность, едва не окончившаяся гибелью всей группы, — позади. С ними нет лишь двоих: убитого в поле бойца и Ани Проходской…

* * *

…Едва вбежав в дом, разведчица встретилась взглядом с его хозяином, невысоким, лет за семьдесят, стариком. Объяснять ничего не пришлось — дед понял все без слов…

— Телогрею снимай быстро, — коротко бросил он из-под усов. — Лохань с посудой в сенях, ведро с водой там же. Хозяйничай!

Минут через десять в хату, бряцая оружием и грохоча тяжелыми сапогами, ворвались гитлеровцы.

— Где партизан? — опрокидывая ударом ноги ведро, закричал переводчик. — Ну-у?..