Сыщик посмотрел на свои руки: Люси была права, у него гусиная кожа. Он все же попытался подумать еще немного. Итак, GPS-координаты вели к чудовищам бездн. Была ли это только символика, связанная с тремя кругами? Способ сказать, что во мраке, в последних кругах остались только самые порочные существа, затаившиеся чудовища, которые ждут своего часа под началом единственного хозяина, именуемого Человеком в черном?

Где же эта пресловутая Черная комната? Что она такое? Когда вы войдете в Комнату, выйти уже не сможете. Такая ей дана власть.

Эта Комната интриговала его, бесила. Шарко не находил ответа, как ни искал, он не понимал смысла этой загадки. Он закрыл навигатор, выключил компьютер и залпом допил виски. Потом лег на диван и свернулся под одеялом.

Он то закрывал, то открывал глаза, но черный дьявол все равно был здесь, перед ним.

Он широко разевал пасть, чтобы сожрать его.

97

Понедельник, 2 декабря 2013 года

Александру Жакобу казалось, что прошедший день был худшим в его жизни.

Глубокой ночью он сидел в своем кабинете, один, за закрытой дверью. Он был сильным и умел держать удар. Но на этот раз агрессивный неоновый свет действовал ему на нервы. Он не мог больше его выносить. Кошмар наяву, вот что он переживал уже который день подряд. Самый катастрофический из возможных сценариев был запущен, и если через несколько часов последние результаты спектрального анализа подтвердят то, что уже вырисовывалось как очевидность, значит…

Это было немыслимо, и даже в его картезианском уме, привычном к санитарным тревогам, не укладывалось, что может произойти. Десятки лет угрозы биотерроризма были вполне реальны, но никогда не достигали такого размаха. Речь шла о сотнях тысяч жизней, возможно, о миллионах.

Взгляд его блуждающих, погасших глаз упал на письмо, пришедшее на электронную почту. Оно было из криминальной полиции и имело заголовок: «Дело гриппа птиц: профиль двух главных подозреваемых». За ним стоял красный восклицательный знак и пометка «срочно». В ту же минуту Жакоб получил СМС-сообщение, приглашающее прочесть электронную почту. На часах было 1:25.

Жакоб ознакомился с посланием, в котором его просили связаться по адресу, сообщенному Ламордье, с защищенным сервером криминальной полиции, куда уже были выложены фотографии подпольной лаборатории. Что он и сделал.

Он получил доступ к различным документам, в том числе составленным Жаком Леваллуа и Франком Шарко, суровым полицейским, явно видавшим виды, которого он уже несколько раз встречал. В тишине своего кабинета, заваленного бумагами последних дней, несмотря на физическую и моральную усталость, он сосредоточился на записках Леваллуа и Шарко.

И тут вариации света, попадавшие на его сетчатку и через зрительный нерв в кору головного мозга, пробудили в ней другие зоны, связанные с памятью, эмоциями и анализом. В его голове сигналы, вызванные чтением второго файла – касающегося Человека в черном, – включились один за другим, точно огни, встречающие вернувшийся в порт корабль.

Александр Жакоб провел рукой по лбу, когда кора головного мозга сгенерировала картину, точнее – портрет, буквально взорвавшийся зримый образ.

Он несколько раз перечитал отчет, чтобы убедиться, что не заблуждается. Негры, Африка, отравления, идеи отбора, чистки, евгеники… Полицейские искали монстра, который много путешествовал, гения Зла, человека, без малейшего зазрения совести убивавшего, совращавшего, уничтожавшего.

Это мог быть он.

Руководитель Группы микробиологического реагирования несколько секунд взвешивал данные, потом дрожащей рукой взялся за телефон.

98

Через полчаса Жакоб встретил Николя Белланже и Клода Ламордье в проходной Института Пастера:

– Идемте.

Он уже удалялся по паркингу, где осталось лишь несколько машин. Ночью здания Института Пастера выглядели зловеще, и Николя снова содрогнулся, подумав о микроскопических монстрах, закрытых в этих стенах. Их хватило бы, чтобы уничтожить человечество. Луна то появлялась в небе, то пропадала, затянутая облаками, которые, казалось, летели в одном направлении.

Подошел Ламордье:

– Каков ваш процент уверенности в личности Человека в черном?

– Никогда нельзя быть уверенным до конца. Но если надо назвать цифру, я сказал бы, девяносто процентов.

Николя сжал кулаки. Девять шансов из десяти – это было очень много.

– Есть новости о бактерии из подпольной лаборатории?

– Я предпочитаю дождаться результатов, которые будут рано утром, прежде чем сообщать вам что бы то ни было.

– Вы можете сказать нам хоть что-нибудь?

Жакоб открыл главную дверь большого здания и пропустил их вперед.

– Ничего хорошего.