Читаем Панама Андерграунд полностью

Она целует меня и, поднявшись, направляется к какому-то тупице за стойкой. Я добиваю свое пиво, отрываю зад от дивана, машу на прощание владельцу и его подчиненным и валю из бара. Нужно подняться по улице Дуэ до бульвара Клиши. С другой стороны дороги старый чел с усами, как у педофила, зеленым беретом оттенка хаки на котелке и непромокаемым плащом, как у эксгибициониста, заходит в «Атлас», один из последних порнокинотеатров Панамы. Кажется, я уже когда-то видел этого типа. Сам я лишь однажды был в этом кинотеатре, но надолго там не задержался: в этом месте слишком воняло протухшей спермой. Я однозначно предпочитаю «Беверли», что находится на станции «Бон-Нувель», там гораздо менее грязно.

Я тащусь по бульвару до самого «Сексодрома» и переступаю через порог магазинчика любви, битком набитого в этот субботний вечер. За кассой стоит Филипп, хозяин. Он болтает с Сибиллой, моделью из пип-шоу. Она, кстати, еще и актриса на одном порносайте, специализирующемся на душе из спермы.

Я прерываю их болтовню, пожимаю руку хозяину и спрашиваю у него, где сегодня вечером работает Баккари. Мне отвечают, что приятель пашет в Moon, и я, поблагодарив хозяина, покидаю секс-шоп и перехожу через дорогу. Как обычно, народ мается посреди площади Пигаль. Все глаза устремлены к фасаду Moon City. Я нажимаю на кнопку звонка у двери этой сауны и жду пару секунд у входа. Баккари открывает мне дверь. Я вхожу в клуб и хлопаю приятеля по руке.

– Как дела, Бак?

– Хорошо, а у тебя?

– Отлично! Я сейчас работаю над гидом по подворотням, вот и пытаюсь чутка разузнать, что да как в этом районе. Видишь ли, я занимаюсь полевой работой, немного, как журналист, но втирать херню не буду.

Братишка смеется.

Бак, как и Слим и как еще один мой кореш Себ, мой друг детства, парнишка из 94-го департамента. Его внешность впечатляет. Представьте себе двухметрового темнокожего качка с торсом в форме V, руками шире, чем мои бедра, и квадратной челюстью, как у одноименного злодея из фильмов про Джеймса Бонда.

Вот уже три года Баккари работает охранником в «Сексодроме», в Moon City и еще в двух местных кабаре. Борец, которому нет равных, он прошел через кикбоксинг и борьбу, прежде чем переквалифицироваться в ММА по совету Мактара Гейе[15]. Бак хотел бы стать профессиональным борцом, только вот во Франции смешанные единоборства не прокормят. Поэтому, как и многие другие французы с яйцами потолще арбузов, Бак решился участвовать в менее официальных поединках, за которые платят.

– Ну что, скоро ты будешь на арене? – спрашиваю я у кореша.

– Ага! В следующий вторник у ворот Обервилье в цыганском ангаре. Придешь, надеюсь.

– Обязательно, старик, не пропущу. Знаешь, с кем будешь драться?

– Не-а, я никогда заранее не знаю, кто будет моим соперником. Это будет сюрприз, но в любом случае я его сделаю!

– Конечно, я знаю это… Надерешь ему задницу, не сомневаюсь!

– Скажи мне, Зарка! – Баккари внезапно меняет тему разговора. – Ты же на Шапель живешь, у тебя нет случаем новостей о моем брате?

Черт, его брат! Это офигенная идея для моей книги.

– Нет, не особо, но я могу поспрашивать, если хочешь…

– А, не-а, не бери в голову! – сомневается Бак. – Ладно, хорошо, если у тебя будут новости, я бы все-таки хотел знать…

Для справки: его брат Усман связался с наркотой, да еще с какой. Сначала был герыч, потом Скенан[16], и в результате парень перешел на крэк. Усу свистнул денег у своих родителей и четыре раза побывал в кутузке, вот семья и отвернулась от него. До сегодняшнего дня Бак отказывался что-либо слышать о своем младшем брате. Если я не ошибаюсь, Усман все еще ошивается у ворот Шапель. Было бы классно поймать его и потаскаться с ним в поисках крэка – так бы я нацарапал в своем гиде главу о токсиках[17] Северного Парижа.

– Бак, как думаешь, можно я немного побуду тут? – пробую я затесаться.

– Не вопрос!

– Класс!


Я кайфую в большом джакузи, немного улетев от трех бокалов шампанского, проглоченных за десять минут. Вокруг меня парочки гладят друг друга и целуются, а я безжалостно пялюсь. Один любовник наслаждается массажем затылка в исполнении двух горячих красоток. Какая-то парочка страстно целуется с языком. Мне повезло, что я попал сюда в женский вечер: бесплатный вход для телок, платный для пар, а одиноким мужчинам вход запрещен. Всем, кроме меня, ну и, может быть, двух-трех таких же блатных.

Декорации в Moon City выполнены в индийском стиле. В этом траходроме с цветными настенными рисунками и приглушенным светом везде восседают скульптуры Шивы и Ганеши. Чтобы добить смехотворную атмосферу, в доме для утех фоном включают индийскую музыку. Над моей головой висит табличка, запрещающая трахаться в гидромассажной ванне. Честно говоря, я одобряю это решение, не больно охота плавать в водичке со спермой и влагалищной жидкостью. Две бабы передо мной – очень даже симпатичная брюнетка и довольно пухлая азиатка – целуются взасос и мнут друг дружке булки. Возбуждает до смерти!

Перейти на страницу:

Все книги серии Коллекция Бегбедера

Орлеан
Орлеан

«Унижение, проникнув в нашу кровь, циркулирует там до самой смерти; мое причиняет мне страдания до сих пор». В своем новом романе Ян Муакс, обладатель Гонкуровской премии, премии Ренодо и других наград, обращается к беспрерывной тьме своего детства. Ныряя на глубину, погружаясь в самый ил, он по крупицам поднимает со дна на поверхность кошмарные истории, явно не желающие быть рассказанными. В двух частях романа, озаглавленных «Внутри» и «Снаружи», Ян Муакс рассматривает одни и те же годы детства и юности, от подготовительной группы детского сада до поступления в вуз, сквозь две противоположные призмы. Дойдя до середины, он начинает рассказывать сначала, наполняя свою историю совсем иными красками. И если «снаружи» у подрастающего Муакса есть школа, друзья и любовь, то «внутри» отчего дома у него нет ничего, кроме боли, обид и злости. Он терпит унижения, издевательства и побои от собственных родителей, втайне мечтая написать гениальный роман. Что в «Орлеане» случилось на самом деле, а что лишь плод фантазии ребенка, ставшего писателем? Где проходит граница между автором и юным героем книги? На эти вопросы читателю предстоит ответить самому.

Ян Муакс

Современная русская и зарубежная проза
Дом
Дом

В романе «Дом» Беккер рассказывает о двух с половиной годах, проведенных ею в публичных домах Берлина под псевдонимом Жюстина. Вся книга — ода женщинам, занимающимся этой профессией. Максимально честный взгляд изнутри. О чем думают, мечтают, говорят и молчат проститутки и их бесчисленные клиенты, мужчины. Беккер буквально препарирует и тех и других, находясь одновременно в бесконечно разнообразных комнатах с приглушенным светом и поднимаясь высоко над ними. Откровенно, трогательно, в самую точку, абсолютно правдиво. Никаких секретов. «Я хотела испытать состояние, когда женщина сведена к своей самой архаичной функции — доставлять удовольствие мужчинам. Быть только этим», — говорит Эмма о своем опыте. Роман является частью новой женской волны, возникшей после движения #МеТоо.

Эмма Беккер

Эротическая литература
Человек, который плакал от смеха
Человек, который плакал от смеха

Он работал в рекламе в 1990-х, в высокой моде — в 2000-х, сейчас он комик-обозреватель на крупнейшей общенациональной государственной радиостанции. Бегбедер вернулся, и его доппельгангер описывает реалии медийного мира, который смеется над все еще горячим пеплом журналистской этики. Однажды Октав приходит на утренний эфир неподготовленным, и плохого ученика изгоняют из медийного рая. Фредерик Бегбедер рассказывает историю своей жизни… через новые приключения Октава Паранго — убежденного прожигателя жизни, изменившего ее даже не в одночасье, а сиюсекундно.Алкоголь, наркотики и секс, кажется, составляют основу жизни Октава Паранго, штатного юмориста радио France Publique. Но на привычный для него уклад мира нападают… «желтые жилеты». Всего одна ночь, прожитая им в поисках самоуничтожительных удовольствий, все расставляет по своим местам, и оказывается, что главное — первое слово и первые шаги сына, смех дочери (от которого и самому хочется смеяться) и объятия жены в далеком от потрясений мире, в доме, где его ждут.

Фредерик Бегбедер

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература

Похожие книги

Земля
Земля

Михаил Елизаров – автор романов "Библиотекарь" (премия "Русский Букер"), "Pasternak" и "Мультики" (шорт-лист премии "Национальный бестселлер"), сборников рассказов "Ногти" (шорт-лист премии Андрея Белого), "Мы вышли покурить на 17 лет" (приз читательского голосования премии "НОС").Новый роман Михаила Елизарова "Земля" – первое масштабное осмысление "русского танатоса"."Как такового похоронного сленга нет. Есть вульгарный прозекторский жаргон. Там поступившего мотоциклиста глумливо величают «космонавтом», упавшего с высоты – «десантником», «акробатом» или «икаром», утопленника – «водолазом», «ихтиандром», «муму», погибшего в ДТП – «кеглей». Возможно, на каком-то кладбище табличку-времянку на могилу обзовут «лопатой», венок – «кустом», а землекопа – «кротом». Этот роман – история Крота" (Михаил Елизаров).Содержит нецензурную браньВ формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Михаил Юрьевич Елизаров

Современная русская и зарубежная проза