Читаем Память льда полностью

— Поверхностные раны — я с ними справлюсь. Он жив… не спрашивайте меня почему…

— Оставь меня, Мульча.

— Командир?

— Иди. К Колотуну. Убирайся с глаз моих.

Паран повернулся к солдату спиной. Услышал, как тот затопал прочь. Закрыл глаза, стал ожидать, что вернется агония в животе, снова поднимется, как огненный кулак. Но все было спокойно. Он вытер глаза, перевел дыхание. Никто не умер. Мы выбрались. Нам лучше, чем Хамбраллу Тавру. Ходунок выиграл поединок… а все иное к Худу!

В пятнадцати шагах Мульча и Лентяй сгорбились, созерцая напряженную спину капитана. Они смотрели, как он поправил пояс и меч, смотрели, как зашагал к шатру Тавра.

— Крутой ублюдок, — пробормотал целитель.

— Холоден, как зима Джагутов, — скривился Лентяй. — Колотун казался мертвецом.

— Некоторое время он им и был.

Двое помолчали. Потом Мульча сплюнул на сторону. — Капитан смог все удержать, — сказал он.

— Да, — ответил Лентяй, — такой может.

— Эй! — крикнул один из солдат. — Смотрите на тот гребень! Это не Деторан? А вон Штырь — они что-то несут!

— Может быть, Быстрого Бена, — сказал, выпрямляясь, Мульча. — Слишком долго играл с садком. Идиот.

— Маги, — фыркнул Лентяй. — Кому вообще эти ленивые негодяи нужны?

— Маги, гм? А как насчет целителей, капрал?

Длинное лицо капрала вытянулось еще больше, потому что отвисла челюсть. — Угм, целители хороши, Мульча. Чертовски хороши. Я имел в виду колдунов, кудесников и так…

— Замолчи, пока не сморозил настоящую глупость. Ну, мы все в сборе. Интересно, что с нами сделают Белолицые?

— Ходунок победил!

— И?

У капрала снова отвисла челюсть.

* * *

Кожаный шатер Хамбралла Тавра заполнял дым. Мощный вождь стоял в одиночестве, спиной к очагу. Свет очага облекал его фигуру. — Что ты можешь мне сказать? — зарычал он на Парана, когда за тем закрылся входной клапан.

— Ходунок выжил. Он заслужил лидерство.

— У него нет племени…

— У него есть племя, Вождь. Тридцать один Сжигатель мостов. Он показал тебе это, выбрав стиль поединка.

— Я знаю, что он показал…

— Но кто еще понял?

— Я понял, и только это важно.

Повисло молчание. Паран оглядывал скудное убранство шатра, ища ключи к натуре стоявшего перед ним воина. Пол покрыт шкурами бхедринов. В стороне лежат полдюжины копий, одно расщепленное. Главный предмет обстановки — деревянный сундук, вырезанный из единого ствола, но способный вместить три слоя лежащих людей. Крышка откинута, показывая массивный, сложный замок. Около сундука беспорядочная куча одеял — очевидно, на них вождь спит. В стенки шатра вделаны монеты, они тускло блестят со всех сторон; еще больше монет, нанизанных на нитки, черных от дыма, свисает с потолка.

— Ты потерял свою власть, капитан.

Паран моргнул, встретил взор вождя. — Это облегчение, — сказал он.

— Никогда не понимал твое нежелание власти, малазанин. То, чего ты боишься в себе, омрачит все суждения о действиях твоего преемника. Страх ослепляет тебя к собственной мудрости, и глупости тоже. Ходунок никогда не был командиром — я увидел это в его глазах, когда он впервые вышел из строя. Ты должен следить за ним. Ясным взором. — Вождь повернулся и подошел к сундуку. — У меня есть медовуха. Выпей со мной. — Боги, мой желудок… Спасибо, Вождь. — Хамбралл Тавр достал из сундука глиняный кувшин и две деревянные кружки. Откупорил кувшин, задумчиво понюхал, довольно кивнул и налил пойло. — Мы подождем завтра, — сказал он. — Тогда я обращусь к кланам. Ходунку будет позволено говорить, он завоевал право быть с вождями. Но я говорю тебе сейчас. Капитан, — Он передал кружку Парану. — Мы не пойдем на Капустан. Мы ничего не должны этому народу. Каждый год мы теряем в городе парней, привыкающих к их образу жизни. Их торговцы ходят к нам с безделушками, посулами и предложениями. Они раздели бы нас догола, если бы смогли.

Паран пригубил жгучий мед, почувствовал, как ожгло горло. — Капустан не главный твой враг, Вождь…

— Паннион Домин поведет против нас войну. Знаю. Они возьмут Капустан и таким образом разместят войско на наших границах. Потом выступят в поход.

— Если ты все понимаешь почему…

— Тридцать семь племен, капитан. — Хамбралл Тавр опустошил кружку, утер губы. — Из них только восемь вождей верны мне. Недостаточно. Мне нужны все. Скажи, ваш новый вождь… сможет ли они поколебать их умы речью?

Паран скривился. — Не знаю. Он редко произносит речи. Ведь до сих пор в этом нужды не было. Думаю, завтра узнаем.

— Твои Сжигатели все еще в опасности.

Капитан замер, изучая густой мед в кружке. — Почему? — спросил он спустя миг.

— Барахн, Гилк, Акрата — эти кланы настроены против вас. даже сейчас они распространяют сказки о вашем обмане. Твои целители — некроманты, они провели обряд воскрешения, чтобы вернуть Ходунка. Белолицые не любят малазан. Вы союзники Морантов. Вы завоевали север — как скоро ваш жадный взор упадет на нас? Вы равнинные медведи, вы затачиваете на нас свои когти, чтобы драться с южными тиграми. Охотник всегда угадает планы тигра, но не медведя.

— Значит. Наша судьба все еще на волоске, — отозвался Паран. — Ждем завтра, — ответил вождь.