Читаем Отец Александр Мень полностью

Борьба с религией перестала считаться актуальной, и на этом фоне началось взаимодействие чиновников с религиозными лидерами. Благодаря проводимой политике открытости стали укрепляться связи с иностранными государствами, которые настаивали на том, чтобы власть отказалась от атеистической пропаганды.

С этого времени начался значительный рост числа приходов в стране. Оптина пустынь и древний Толгский женский монастырь решением правительства были переданы Церкви. В центральных газетах стали появляться статьи, в которых утверждалось, что Православной церкви отводится главенствующая роль в духовном возрождении страны.

В 1986 году отец Александр впервые официально через Московскую патриархию отправил за рубеж написанные им тезисы доклада об апостоле Павле для Лувенского университета в Бельгии.

В декабре того же года он написал письмо митрополиту Ювеналию. Отец Александр сообщал о том, что два года назад начал работать над «Словарем по библиологии», который хотел бы предложить в качестве юбилейного дара Московской Духовной академии к празднику тысячелетия Крещения Руси. «Разумеется, мне хотелось бы показать Вам свою работу, — писал отец Александр, — но откладывал это до ее завершения. Однако, ознакомившись с прекрасным 27-ым сборником Богословских трудов, где предложено присылать свои замечания к Богословскому словарю, я решил написать Вам сейчас. Быть может, что-то из моего справочника окажется полезным для Издательского Отдела. Словарь состоит из 7 томов, по 300 страниц машинописи каждый. В настоящее время я дописываю 6-ой том. Три передано Владыке Ректору; на днях собираюсь передать 4-ый. Весь Словарь включает свыше 2000 статей и около 400 портретов и фотографий…»

Итак, в период самых ожесточенных преследований со стороны КГБ отцом Александром в одиночку была начата и в значительной степени проделана колоссальная работа по созданию многотомного «Словаря по библиологии» — работа, масштаб которой соответствует деятельности целого коллектива ученых. «Как-то он обмолвился, — пишет Андрей Тавров, — что начал писать словарь по библеистике потому, что ожидал ареста и большую вещь затевать было не с руки. А короткие статьи можно было писать между делом, в электричке, где он работал, подкладывая под листки свой толстый портфель».

«Словарь» содержит около 1800 статей, посвященных каноническим и неканоническим книгам Библии, апокрифам, различным разделам и дисциплинам библейской науки, важнейшим аспектам библейского богословия, культурам, служившим историческим фоном Писанию, комментаторам Библии, ее переводчикам и исследователям всех времен и народов, а также основным проблемам их исследований. В этом труде можно выделить около тридцати тематических направлений — таких как отрасли библейской науки (герменевтика, текстуальная критика и т. д.), возникавшие в этой науке гипотезы, интерпретация Библии в литературе и изобразительном искусстве; значение Библии в музыке, кинематографе и театре; связь Священной истории с историей и культурой античности; жизнеописания писателей и художников, чье творчество связано с библейской тематикой и т. д.

Исследовательский и творческий интерес к Библии не ослабевал у отца Александра никогда, начиная с ранней юности. «Однажды утром (отец Александр) мне рассказал, что в сновидении только что прочитал одну из пока не написанных статей своего Библейского словаря. В виде свежеправленой верстки ему ее вручил не кто-нибудь, а гениальный мыслитель Владимир Соловьев, чей портрет заглядывал в его рукописи с левой стороны стола», — описывает Владимир Леви эпизод своего пребывания в гостях у отца Александра в начале 80-х.

«У меня дома хранится машинописная копия одного из томов Словаря с самой короткой дарственной надписью рукой отца: „Соучастнику“, — вспоминает София Рукова. — Вручая мне после службы этот неожиданный подарок, отец сказал: „Я сознательно не писал Ваше имя, из соображений … — Он показал взглядом на потолок (где-то там находилось подслушивающее устройство). — Но когда-нибудь мы всё откроем…“