Читаем Отче наш. Беседы на молитву Господню полностью

Тобою? Не более как червь земляной, как самое ничтожное насекомое. Ты скажешь слово – и явятся миры, отымешь дух Твой – и эти миры исчезнут и в персть свою обратятся! И, однако, Ты так близок, о Боже, так ощутительно близок к нам во всякой нашей немощи Твоей силой и во всяком нашем грехе Твоей благодатью, что мы дерзаем приближаться к Тебе, обращаться к Твоему сердцу с нашими молитвами и просим Тебя, как любящие дети просят своего любимого отца: Отче наш!

Можем ли мы достаточно возблагодарить Тебя за то, что Ты удостоил нас такой отеческой любви, что мы дерзаем наш детский лепет присоединять к пению хора небожителей, с которым они поклоняются Тебе у Престола Твоей славы! Итак, пусть не устает ни душа наша прославлять Твое имя, ни уста наши возвещать хвалу Твою, Боже! До тех пор, пока мы существуем, пусть всегда святится имя Твое и между нами!»

Таковы, братия, должны быть у нас мысли и чувства при произнесении этих слов Господней молитвы. Так, несомненно, думал и наш Спаситель, когда учил молиться такими словами. Само собой понятно, что у кого сердце не будет проникнуто при произнесении этой молитвы такими мыслями и чувствами, у того она не будет истинной молитвой Господней.

Но когда посмотришь на нравственное состояние человеческого мира, то какая тяжелая картина представляется нашему взору! Как далеко не соответствует она той чести, которая подобает нашему Богу, и той славе, какой Он желает от Своего создания! Миллионы людей еще не знают Его, не знают имени Отца Своего, и через их уста не проходит еще ни одного слова хвалы, благодарения и поклонения своему Богу. Да и в среде христианского мира, которому Он открыл Свое отеческое имя и который призван к Его прославлению, к чему направлена вся эта напряженная, лихорадочная погоня за мудростью, счастьем и благами этой земли?

Из каких побуждений делаются эти быстрые успехи во всех отраслях наук и искусств, в устроении внешнего благосостояния и удобств жизни? К чести и во славу кого все это совершается? Делается ли это в честь и во славу Того, Которому одному только принадлежит эта честь и от Которого происходит всякое даяние доброе и всякий дар совершенный (Иак. 1, 17)? Для того ли это совершается, чтобы прославлять Отца света, Его отеческую любовь, святить Его имя? Или же это делается человеком для собственной чести, для своего собственного имени? И не говорят ли современные люди, как некогда говорили вавилоняне: Построим себе город и башню, высотою до небес, и сделаем себе имя, прежде нежели рассеемся по лицу всей земли (Быт. 11, 4)?

От внешнего мира обратись теперь, друг, к своему внутреннему миру.

Загляни в свое собственное сердце и посмотри, насколько твоя собственная жизнь направлена к прославлению Твоего Бога и Его святого имени. Все, что ты говоришь и делаешь, во имя ли Господа Иисуса делаешь и с благодарностью ли к Богу Отцу? Через всю твою жизнь проходит ли, звучит ли один только тон: Не нам… не нам, но имени Твоему, Господи, дай славу (Пс. ИЗ, 9)?

Или же жизнь твоя строится на других началах и все действия и поступки твои имеют другие цели и побуждения? После столь многих и поучительных проявлений в твоей жизни могущества, премудрости и благости твоего Бога в душе твоей все еще находят себе место маловерие, неверие и ропот?

После столь многих и неопровержимых обнаружений твоего бессилия и грехопадений в ней все еще есть место для самоправедности и упорной гордости? После столь дорогих минут блаженного общения с Богом в таинствах Церкви и святой решимости жить только для Него и для Его славы и свято сохранять Его имя, у тебя, однако, так много еще себялюбия и потворства плоти и так мало сыновней преданности Богу и братской любви к ближним?