Читаем Остров душ полностью

Комиссар нервно закурил еще одну сигарету.

– Второе – «ритуальное убийство». Кто-то связался с вами, чтобы узнать новости по делу, и всплывает слово «ритуал» – вы говорите ему, что единственный обряд, который вы знаете, это праздник Святого Эфизио[99] и что вам не терпится увидеть его весной.

Мара изобразила ту дьявольскую улыбку, которая ей очень шла.

– Третье – «спецкоманда». Единственная спецкоманда, которую вы знаете, – это «Кальяри», а Джиджи Рива – ваш единственный и неповторимый Бог… Официально никаких других спецкоманд не существует, понятно?

Инспекторы кивнули.

– Для СМИ это должно быть таким же расследованием, как и любое другое. Мы обязаны держать преступление в строжайшей тайне как можно дольше. Если пресса узнает, что произошло, нам конец. Я уже вижу, как продают пластмассовые макеты нурагов и святилищ… Зашейте рты, потому что СМИ будут использовать любые средства, чтобы наскрести еще какую-нибудь информацию.

– Мы понимаем, синьор. От нас они получат только «без комментариев», – заверила Ева.

– Вот. Особенно это касается тебя, Кроче. Они будут трясти тебя, потому что ты не местная, и пытаться узнать твою подноготную. Затыкай их. Отправляй к черту. Угрожай. А если будут продолжать, арестуешь и отвезешь сюда, понятно?

Ева кивнула, удивленная тоном начальника: Фарчи не шутил. Он был чертовски серьезен. Это означало, что высшее руководство уже пришло в движение, навязав ему оперативную линию. Это было очень странно, учитывая, что с момента обнаружения тела прошло всего несколько часов.

– Вот что я вам скажу, – сказал он, выпуская дым в сторону. – На самом деле сегодня утром в прокуратуре была сформирована спецкоманда. Я уже говорил вам, что вас в нее не включили.

– Тоже мне новость…

– Раис, сегодня не лучший день. Не зли меня.

Мара показала рукой, что закрывает рот на «молнию».

– Ниедду включили, как и большую часть нашего отдела по расследованию убийств. Роберто Мелис – главный подозреваемый, учитывая материалы, найденные в его доме, судимость и тот факт, что девушка посещала его секту. Полицейское управление Карбонии вместе с нашим и другими полицейскими управлениями активно ведет поиски. Это вопрос нескольких часов. Мы найдем его… Вся проблема в том, что мы открыли этот гребаный отдел нераскрытых преступлений в очень дерьмовое время. Как будто специально это все…

– Еще бы, – сказала Раис.

– Мара! – возмутился Фарчи.

– Слушай, я не шучу…

– Она в чем-то права, – вмешалась Кроче в ее защиту. Она и Мара могли не нравиться друг другу, но они понимали друг друга с полуслова. – Подумай: убийца обнаруживает, что кто-то работает над теми старыми делами, и возобновляет убийства, как будто хочет бросить вызов следователям… Это не такой уж и невероятный сценарий, синьор. Предполагаю, у него есть своя логика. Извращенная, но она есть.

Фарчи несколько секунд барабанил пальцами по столу, впитывая перспективу, которую не учел.

– Во всяком случае, – сказал он позже, – наша официальная позиция такова: никто в наши дни не работал над убийствами семьдесят пятого и восемьдесят шестого. Приказ сверху, понимаете?

Обе женщины снова кивнули.

– Что ты хочешь, чтобы мы сделали? – спросила Раис.

– Вернитесь к своим делам и будьте на связи. Если отделу убийств потребуются вспомогательные офицеры для выполнения таких обязанностей, как…

– Короче говоря, ты хочешь, чтобы мы были на побегушках, – сказала Раис, напрягаясь.

Фарчи посмотрел на нее так, словно ее вырвало на кофейный столик.

Ева положила руку на руку Мары, чтобы дать ей понять, что сейчас не время вступать в словесную конфронтацию.

– Мы готовы, синьор. Мы тоже хотим докопаться до истины как можно скорее. Долорес заслуживает нашего полного внимания: так что если мы можем быть чем-то полезны, мы готовы, – сказала она примирительно. – Будь то допрос свидетелей, проведение мелких расследований или что-то еще – не проблема. Рассчитывайте на нас.

Раис провела рукой по тому месту, где ее коснулась Ева, и уставилась на нее.

– Прекрати и послушай свою напарницу, тебе полезно… Илария Деидда будет вашим офицером связи со спецкомандой. Они поставили меня во главе, а вице-квестор Гратталья был переведен сюда, чтобы курировать мобильное подразделение. Это дает представление о том, как сильно кто-то сверху хочет, чтобы эта история сразу закрылась.

– Отлично, – сказала Ева, прежде чем Мара успела открыть рот.

– Как Баррали?

– Он потрясен. То, что он был прав… он воспринял не как победу, а как ужасное поражение, – пояснила Кроче.

Фарми задумчиво кивнул.

– Помимо установления личности жертвы, он заметил какие-либо другие несоответствия с предыдущими убийствами?

– Побои. Дело в том, что жертву сильно избили, – вмешалась Раис. – В остальных случаях не было никаких признаков насилия, как будто девушки пошли туда по собственной воле, без возражений.

– Еще что-то?

– Баррали говорит, да, но не может сообразить что, – сказала Ева, не раскрывая информации про нейродегенеративное заболевание, поразившее Морено. Раис посмотрела на нее долгим взглядом, но ничего не сказала.

Фарчи нахмурился: