Читаем Остров полностью

      Она не  могла сказать, сколько  времени продолжался этот кошмар. Грек был неистощим на выдумку,  много пил и заставлял пить пленницу,  но  хуже  всего была прихотливость в разврате. Впервые для Речел, от нее потребовались не только женские прелести. Моряк казался неутомимым. Когда молодая женщина уже решила, что выполнила все его прихоти, он заставил ее, впервые в жизни,  выполнить роль мальчика. Ощущения были нестерпимо острыми,  и  она не смогла сдержать непроизвольный крик.

      Наконец он устало отвалился к спинке дивана и прикрыл глаза. Речел показалось, что он задремал, и у нее появилась надежда, что истязание окончено. Стараясь не потревожить дремлющего,  девушка начала собирать разбросанные  по  салону остатки одежды,  когда вдруг почувствовала, что  из-за  не  плотно  прикрытых  век   за   ней пристально следят темные зрачки глаз.  Страх заставил ее замереть, а  прозвучавшие слова вздрогнуть, как от удара плети.

      - Ты куда собралась? Разве я разрешил? А впрочем, ты права. Моим жеребцам, наверное, уже надоели твои подружки. 

      Окрик: - Не одевайся.  Там, куда тебя уведут, ты нужна голой. - Вынудил Речел инстинктивно попытаться закрыться обрывками платья.

      Бандит, усмехаясь, поднял револьвер.  Речел в  тот  момент показалось,  что  ствол  направлен  прямо ей в голову, и пуля в следующее мгновение прервет череду кошмаров, в которую превратил  ее жизнь прошедший год.  Грохот выстрела заставил девушку отшатнуться и присесть. Только секундой позже, когда на палубе загрохотали  сапоги пиратов, она поняла,  что стреляя, хотели не только испугать ее, но и вызвать подручных.

      Кошмарам суждено было продолжаться, но все дальнейшее уже было смазано пеленой полуобморочного состояния. Память сохранила только какие-то разрозненные куски воспоминаний:  Грубые, безжалостные, похотливые руки; хватавшие, мявшие тело, тащившие жертву к месту истязания, сорвавшие остатки одежды и прикрутившие ее к столу в кают-компании. Наглые,  вожделеющие, безумные глаза. Гогочущие, сквернословящие, сладострастно причмокивающие рты. 

      Струйка, теплой, обжигающей узы, которую ей влили в насильно разжатый рот,  была последним ее воспоминанием - дальше наступило спасительное забытье.

 ***

      Когда Речел очнулась,  первой мыслью еще туманного сознания было, что все произошедшее дурной сон. Но распятое на столе,  затекшее, изнывавшее от страдания тело, напомнило о реальности происшедшего.  Об ужасе минувшей ночи напомнил и прозвучавший рядом слабый стон. Повернув голову, она увидела искаженное болью, запрокинутое лицо Тессы, и посиневшие от прилива крови кисти ее рук, туго прикрученные к столу. На противоположном краю стола Элизабет, распятая также как и ее подруги, не подавала признаков жизни.

      Кают-компания была пуста. Через занавески  иллюминаторов пробивался еще сероватый утренний свет.  Первой была мысль о том,  где насильники?  Что заставило их бросить  свои  жертвы? Слышна  была  только суетливая беготня на палубе. 

      Неожиданное объяснение послышалось с  моря  -  резкое  взревывание  сирены приближающегося  судна.  Из выкриков и обрывков греческой речи стала понятна откровенная паника, охватившая бандитов. Несмотря на выставленную на ночь вахту, они каким-то образом не заметили приблизившееся английское  военное  судно.  Спасение  летчиков прошлым  утром,  кажется, обернулось спасением для самих хозяев яхты. А запрос, по-английски через мегафон, прозвучавший с моря:

      - На яхте! Просим сообщить ваше название? Почему не отвечаете на радио-запросы?  - подтвердил,  что англичане поспешили со встречей.

      Для пиратов такое начало дня было явным сюрпризом.  Пленники  были  забыты.  Бандиты явно стремились как можно быстрее оставить место преступления. С той стороны, где вчера причалило судно со второй группой пиратов,  взревели мощные двигатели и сильный толчок сообщил, что незваные гости покинули многострадальную яхту.  На английском корабле, очевидно, быстро поняли, что происходящее вызывает слишком много вопросов и не замедлили с приказом:

      - Эй, на катере! Заглушить двигатели! В случаи не подчинения открываю огонь. Первый выстрел предупредительный, остальные на поражение.    

      Судя, по удалявшемуся реву двигателей, беглецы останавливаться не  собирались,  и резкий хлопок корабельной пушки подтвердил серьезность намерений англичан.  К  этому  времени  гул двигателей  пиратского  судна  слышался  уже  далеко, и у Речел мелькнула мысль,  что бандиты смогли уйти,  но несколько серий выстрелов из автоматического орудия убеждали, что у английского капитана было другое мнение по этому вопросу.  А гулкий разрыв и смолкшие двигатели подтвердили, что беглецов остановили.

      Через несколько минут,  рокот подошедшего катера, и  затем осторожные, крадущиеся шаги по палубе, известили, что англичане поднялись на борт судна.