— Наверное, опять тошнит, — вздохнула она. — Бедняжка.

— Да, бедняжка, — пробормотала Пэт, наливая себе чашку кофе, с которой затем прошла в гостиную, намереваясь посмаковать напиток в уединении.

В коем ей сегодня тоже было отказано, поскольку раздался стук в дверь. Стучал охранник из Бюро. Сам он остался стоять снаружи, зато внутрь вошли двое в форме. Кто такие, этого Пэт не знала.

— К вам из ООН. Говорят, что у них к вам всем есть важное дело, — пояснил охранник, на всякий случай не снимая руку с кобуры.

Один из пришедших, тот, что повыше ростом, вытащил из голубой папки лист бумаги.

— Вам повестка. Вы обязаны явиться на заседание ООН.

— Спасибо, у нас уже есть, — хихикнула Пэт, но представитель мировой общественности лишь покачал головой.

— Нет. Это по другому вопросу. Вскоре состоится специальное заседание Генеральной Ассамблеи по вопросу статуса орбитальной станции. Вы обязаны явиться для дачи свидетельских показаний.

— Все сразу? — не поверила собственным ушам Пэт.

— Да, все и еще двадцать человек, — подтвердил ооновец. — Повестки также отправлены на имя инопланетян. Так что приготовьтесь, вам предстоит долгий денек.

Глава 25

Хильда пыталась возражать, как, впрочем, и Зам, но директор стояла на своем.

— Выбросите из головы эту юридическую чушь, — потребовала она. — Какая разница, люди они или нет. Какая разница, сумеете ли вы вынудить судью признать повестки незаконными. Генеральная Ассамблея настаивает, чтобы пришельцы дали свидетельские показания. Что ж, так тому и быть. Пусть дают. Вернее, тот их них, кто умеет говорить. К чему обострять отношения с ООН. Они и без того никуда не годные.

— Но… — начала было Хильда, но не договорила. Директор нетерпеливым жестом прервала ее:

— Между прочим, таково мнение президента. И нам остается к нему прислушаться.

Выйдя за дверь директорского кабинета, Хильда пожаловалась Пеллу:

— Но ведь все полетит к чертям собачим. Да сих пор нам удавалось держать инопланетян в неведении. Чудику до сих пор ничего не известно о последнем сообщении Страшил. А теперь? Как, скажите на милость, нам действовать, если он предстанет в Нью-Йорке перед Генеральной Ассамблеей, где его начнут донимать вопросами? Что нам прикажете делать?

— А ничего, — спокойно отреагировал Зам. — Берите своих уродов и везите их в Нью-Йорк. Я закажу для вас самолет. И прошу без заминок.

У Хильды внутри все кипело от злости. Какого труда стоило ей изолировать от внешнего мира Чудика с Доками. Сколько пришлось доказывать, отстаивать свою правоту. Например, Марша Эвергуд из госпиталя имени Уолтера Рида до сих пор точит на нее из-за этого зуб. Уж так ей хотелось, чтобы Док-лекарь попал в ее распоряжение — пусть бы в соответствии со своим предназначением он занимался целительством, наложением рук или как там это у них называется. Мало ей того, что Хильда пошла на уступки и разрешила привозить транспортабельных больных прямо в Кэмп-Смолли на курс инопланетной терапии. Да, но тогда вся власть была в ее, бригадира Хильды Морриси, руках, а ее слово — истиной в последней инстанции. Док-инженер продолжал выдавать на-гора свои аккуратнейшие чертежи, Чудик по-прежнему донимал ее своими придирками, и все шло своим чередом. И вот нате вам.

Полковник Макланос тоже был не в восторге от такого поворота событий, вот только звание не позволяло ему жаловаться.

— Слушаюсь, бригадир, — отрапортовал он, — они будут готовы к вылету через десять минут. Правда, это означает…

— Да, — согласилась Хильда. — Это означает, что нам придется сказать Чудику кое-что из того, что мы до сих пор пытались от него скрыть. Я это сделаю сама. Вы же приготовьте фургон.

Хотя Бюро и предоставило Хильде Морриси самолет, чтобы доставить свой зверинец в Нью-Йорк на заседание Генеральной Ассамблеи, транспортное средство это оказалось средней паршивости. Обыкновенный курьерский борт. Удобств кот наплакал, никакого кофе, и вообще шестнадцать пассажиров разместились в нем с превеликим трудом.

Разумеется, трудности возникли не с людьми, а таковых летела чертова дюжина, включая Хильду, Пэт-1 и ее персонального Даннермана, полковника Макланоса и Марлу Тепп. Иное дело инопланетяне — Чудик и оба Дока — плюс восемь охранников, которых Бюро сочло нужным выделить для сопровождения. В результате в самолетике было в пору вешать топор. Вонь била в нос и разъедала глаза. А все потому, что вскоре после взлета один из Доков ощутил потребность опорожнить кишечник. Великан никак не смог протиснуться в узкую кабинку туалета и в результате у всех на глазах справил большую нужду в ящик, куда ему насыпали нарезанной бумаги.